ISSUE 1-2007
INTERVIEW
STUDIES
Александр Милинкевич Giorgi Vashakidze Отар Довженко Ana Rudico
RUSSIA AND BELARUS
Антон Семенов
OUR ANALYSES
Карел Свобода
REVIEW
Ярослав Шимов
APROPOS
Валентина Люля Алена Освалдова


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
RUSSIA AND BELARUS
КАНАТОХОДЕЦ ЛУКАШЕНКО
Российско-белорусский нефтегазовый конфликт: конец игры в Союз, начало игры... во что?
By Антон Семенов | политолог, Российская Федерация | Issue 1, 2007

     В ноябре 2006 года президент Беларуси Александр Лукашенко объявил согражданам о том, что наступающий 2007-й станет для них нелегким: "Это будет очень тяжелый год, будет катастрофически тяжело."1 Тогда главной причиной для тревог белорусского президента было намерение Москвы заметно повысить цену природного газа для Беларуси. Понимая, что этот удар может поставить под угрозу его собственное политическое положение, Лукашенко приказал правительству активнее искать поставщиков энергии, альтернативных российским: "Это надо сделать, если мы хотим сохранить страну для наших детей, суверенитет и независимость, чтобы нас каждый день, месяц, каждый год не ставили к стенке, не распинали и не кричали: давай плати за газ и нефть." 2 Как известно, новая цена российского газа для Беларуси оказалась куда более умеренной, чем для остальных стран СНГ, не говоря уже о потребителях из Западной и Центральной Европы. Однако и такое ее повышение (с 47 до 100 долл. за тысячу кубометров), по оценкам практически всех экспертов, неизбежно окажет серьезное негативное влияние на состояние экономики Беларуси в 2007 году.
      Еще более серьезным ударом для Минска стало решение Москвы увеличить экспортные пошлины на нефть, поступающую из России на белорусские нефтеперерабатывающие заводы. Как известно, Александр Лукашенко решил сопротивляться новым условиям, выставленным российской стороной, всеми доступными ему методами. Результатом стал январский кризис 2007 года, когда Беларусь ввела невиданную транзитную пошлину на российскую нефть, поступающую по нефтепроводу «Дружба» через белорусскую территорию в страны Евросоюза, а Россия в ответ на несколько дней прекратила подачу нефти, что непосредственно затронуло интересы европейских потребителей. Кризис завершился уступками как со стороны Минска, вынужденного отменить транзитную пошлину, так и со стороны Москвы. Она, как отмечает оппозиционный белорусский экономист Я. Романчук, «в 3,4 раза снизила размер пошлины при экспорте сырой нефти в Беларусь, но все-таки оставила ее. Она также зафиксировала российский размер пошлины на светлые нефтепродукты, которые будут экспортироваться из Беларуси после переработки сырой российской нефти. При этом в 2007г. Беларусь должна 70% этих поступлений отдавать России, в 2008г. – 80%, в 2009г. – 85%. Так интерпретируют эту ситуацию отдельные российские нефтяные компании, для которых переработка в Беларуси потеряла былой коммерческий смысл» 3 .
     В ходе этого кризиса, однако, проявились две любопытные тенденции. Во-первых, Россия в очередной раз, как и в ходе газовой баталии с Украиной годом ранее, показала, что не умеет сопровождать свои действия (в принципе для поставщика нет ничего зазорного в повышении цен для потребителя, если эти цены по каким-то причинам искусственно занижены) внятным объяснением этих действий – или, выражаясь на нынешнем политическом жаргоне, «толковым пиаром». Страны ЕС, аккуратно платящие Москве за нефть и газ по вполне рыночным ценам, не были предупреждены о приостановке поставок и оказались просто поставлены перед фактом: Россия разбирается с непокорным белорусским союзником-соперником, а вы, господа, пока подождите – не до вас. Позднее, в конце января, на переговорах в Сочи с канцлером Германии Ангелой Меркель российский лидер Владимир Путин в завуалированной форме извинился перед европейцами за случившееся, в очередной раз заверив их в абсолютной надежности России как поставщика энергоресурсов.
     Но эти действия явно запоздали: Москва изрядно подмочила свою репутацию, причем даже не столько самим прерыванием нефтяного транзита, сколько отсутствием нормальной коммуникации с ЕС по этому поводу. Возможно, Александр Лукашенко в какой-то мере рассчитывал именно на это. Во всяком случае, с точки зрения деловой репутации ему, в отличие от Москвы, терять было нечего. В результате виновником случившегося в глазах ЕС оказалась скорее Москва, чем Минск. А Лукашенко не преминул отметить: «Если европейцы готовы в этом отношении сотрудничать с Беларусью, мы пойдем на любое сотрудничество с Европой ради обеспечения нашей национальной безопасности в области поставок углеводородного сырья. Думаю, Европа многое поняла. В Европе были и те, кто потирал руки, был доволен этим конфликтом. Хочу сказать следующее: пусть скажут Беларуси спасибо, что это произошло, они многое поняли после этого конфликта» 4 .
     Во-вторых, реакция Евросоюза, председателем которого сейчас является Германия, на действия России в ходе конфликта с Беларусью оказалась весьма жесткой. Стало очевидно, что нынешнее правительство ФРГ с куда большей тревогой и меньшей терпимостью относится к демонстрации российских энергетических мускулов5 , нежели его предшественник – кабинет Герхарда Шрёдера, ныне – сотрудника российско-германского концерна по строительству Северо-Европейского газопровода, публично названного Александром Лукашенко «самым дурацким проектом в истории России» 6 . Впрочем, некоторые российские аналитики, активно освещающие ход российско-белорусских баталий, тут же нашли однозначное объяснение словам и действиям ЕС (на наш взгляд, довольно далекое от реальности, но много говорящее о состоянии некоторых умов в Москве): «Задача прозрачна: «утопить» Россию в кризисах на постсоветском пространстве, не допустить «входа» России в Центральную и Восточную Европу, перегородить дорогу для российской экономической экспансии в Евросоюз, объявив российский энергоэкспорт непредсказуемым и нестабильным, «сбить цену» на российские газ и нефть, противостоять российскому политическому влиянию на европейские дела (Косово, размещение систем ПРО в Центральной Европе и т.д.) и все это на фоне практически открытой схватки за российские энергоресурсы... Перевод энергетических отношений в формат «покупатель – продавец» не устраивает Брюссель» 7 . Это ведь так удобно: «перевести стрелки» на каверзных европейцев, которые, оказывается, не беспокоятся о собственной энергетической безопасности, а на самом деле замышляют очередную, на сей раз экономическую агрессию против России... (Последняя, однако, предпочитает выяснять отношения с соседями столь неуклюжим способом, что сама дает дополнительные козыри своим истинным и мнимым недоброжелателям в ЕС).
     Но вернемся к российско-белорусским отношениям. После заключения соглашений по нефти Владимир Путин, по крайне мере внешне, не проявлял неудовольствия: «Хочу отметить, что главным итогом этих переговоров является переход к рыночным отношениям с нашими белорусскими партнерами, прежде всего в энергетической сфере... Это мягкий, приемлемый для наших партнеров переход, который будет происходить постепенно в течение нескольких лет... Что касается цифр, напомню, что прямая либо скрытая поддержка белорусской экономики будет продолжаться Россией на протяжении длительного времени, хотя, конечно, она начиная с этого года значительно сократится» 8 .
     Реакция Александра Лукашенко оказалась куда более резкой: «Еще раз хочу обратить внимание на то, что этот нефтяной кризис был спровоцирован не нами. Мы пошли на крайне невыгодные соглашения по поставкам природного газа, рассчитывая на то, что, как нам обещало правительство России, нефтяные проблемы будут решены в очень выгодном для Беларуси ключе. Чтобы мы могли как-то нивелировать неудачный и невыгодный контракт по поставкам природного газа. Когда этого не произошло, и нам ввели неизвестно какую пошлину (сравните: было $180, сейчас «скатились» на $53, наверное, этот факт подтверждает, что мы были правы), мы, конечно, с этим согласиться не могли. Но тогда, как обычно, схватились за вентиль (российская сторона)» 9 .
     Это интервью белорусского президента российским журналистам вызвало в России бурную реакцию. Например, со стороны комментатора газеты «Известия» Максима Соколова: «Возможно, в XXI в. прежнее чувствительное отношение к ругани не столь актуально, однако, сравнив речи А.Г. Лукашенко с речами лидеров молодых демократий, чья любовь к России общеизвестна, мы вынуждены констатировать, что по сравнению с Лукашенко и Саакашвили – ягненок. Тем более что Саакашвили и не объявлял себя вернейшим союзником» 10 . В принципе с Соколовым трудно не согласиться, если, однако, не учитывать один фактор, который делает его сравнение неадекватным. Власть Саакашвили, как и некоторых других президентов постсоветских стран, напрямую не зависит от Москвы. Власть же Лукашенко куда более зависима от восточного соседа и с политической (в прошлом белорусский президент взял на себя немало интеграционных обязательств), и с экономической точки зрения. Последнее и пытается продемонстрировать белорусскому лидеру российская сторона, имея на то свои резоны. И Лукашенко вполне понимает это („С позиции силы думают: вот сейчас закрутим этого Лукашенко, петлю накинем на шею, и никуда он не денется – вот из чего исходили“ 11 ), а потому вынужден играть ва-банк. У него ведь тоже есть свои резоны. Вот их примерный список.
     1. Полностью и безропотно согласиться на российские условия по нефти и газу Лукашенко не мог, т.к. это означало бы подрыв социально-экономической стабильности в Беларуси. А ведь она является его основным политическим ресурсом, обеспечивающим президенту активную или пассивную, но все же поддержку большинства сограждан. (В этом отношении ситуация в Беларуси несколько напоминает положение в большинстве стран Восточной Европы в 80-е годы, незадолго до начала «перестройки»).
     2. Единственный вариант, при котором низкие цены на энергоносители для Беларуси могли бы остаться в неприкосновенности, – «аншлюс», вступление Беларуси в состав России «одним или шестью регионами», что предлагалось Владимиром Путиным еще в 2002 г. Для Лукашенко он тоже неприемлем, т.к., лишая его статуса главы суверенного государства, не дает ему и возможности претендовать на пост главы нового союзного образования. Ведь государство-то остается одно – Российская федерация, а в нем, судя по всему, вопрос о высшей государственной должности будет решаться без участия «чужаков». К тому же отношение к идее слияния в обеих странах за последние годы стало довольно прохладным, и Лукашенко, чувствуя это, резко повысил градус своей едва ли не националистической риторики, провозгласив независимость Беларуси ценностью, которая «не продается за нефть и газ» 12 .
     3. Сопротивление российским «жадинам», Москве, во имя меркантильных интересов «отталкивающей последнего союзника», позволяет Лукашенко в очередной раз использовать свой популистский политический резерв. Перед белорусами он вновь выступает в роли «отца нации», защищающего их интересы не только перед «агрессивным либеральным Западом», но и перед «плутократической Москвой». А в глазах той части россиян, у которой белорусский президент пользуется стойкой популярностью, он вновь выглядит последним радетелем и защитником идеи союза восточных славян13 . (Недаром во время обсуждения российско-белорусского кризиса в Госдуме наиболее резкой критике действия правительства РФ подвергли представители лево-патриотической оппозиции, прежде всего коммунисты).
     4. Лукашенко, вполне вероятно, просчитал, что его политические потери от нефтяного конфликта, в который против своей воли оказался частично втянут и ЕС, будут меньше, чем российские, а потому Москва постарается как можно скорее закончить противостояние с Минском – или по крайней мере первый раунд этого противостояния. Так и произошло.
     Экономические потери, которые понесла и еще понесет Беларусь в результате роста цен на газ и исчезновения льготных условий торговли нефтепродуктами, до сих пор – одной из основных статей дохода белорусского бюджета, несомненно, значительны. В то же время Лукашенко, во-первых, пока удалось отвоевать у России относительно более мягкие условия соглашения – по сравнению, скажем, с Украиной или Молдовой, не говоря уже о Грузии. Во-вторых, Минск продемонстрировал, что в нефтегазовых делах монополии поставщика можно – по крайней мере до поры до времени – противопоставить определенные козыри, которыми располагает транзитная страна. В-третьих, конфликт с Москвой позволил Минску – возможно, в какой-то мере против воли самого Лукашенко, не питающего к Западу особых симпатий, – вновь стать фактором европейской политики. Ведь белорусский президент «знает, что Беларусь сама по себе не может противостоять российскому колоссу, а тем более – платить за энергоносители цену, которой от нее требует Москва. Лукашенко делает ставку на то, что если такие страны, как Польша и Германия, в результате почувствуют себя плохо, это отразится и на Москве». 14
     Белорусский президент оказался в положении канатоходца, балансирующего над пропастью. За его маневрами пристально наблюдают как из Москвы, так и из европейских столиц. В январском нашумевшем интервью немецкой газете «Вельт ам зоннтаг» Лукашенко сделал много заявлений, которые от него еще несколько месяцев назад вряд ли кто-либо ожидал («ЕС и Германия должны занимать более самостоятельную позицию. Федеральный канцлер Ангела Меркель как председатель ЕС должна проявлять больше интереса к Беларуси. Мы хотим быть прилежными учениками. Я хочу, чтобы Беларусь когда-нибудь выглядела так же, как Германия или Швеция. Однако до сих пор Запад нас все время отталкивал. Теперь пришло время опробовать новые возможности для сотрудничества. Дайте нам начать открытый и честный диалог»15 ).
     В свою очередь, визит в Минск главы Парламентской ассамблеи Совета Европы Рене ван дер Линдена, последовавший сразу после нефтяного кризиса, стал событием, которое вряд ли произошло бы в иной ситуации. Ван дер Линден обозначил условия, на которых Европа готова сделать шаги, ведущие к снятию фактической изоляции Беларуси от ее западных соседей. По его словам, диалог «должен быть основан на уважении к ценностям, исповедуемым Советом Европы, т.е. свободе слова, проведению свободных и честных выборов и отмене смертной казни. [Ван дер Линден] в разговоре с белорусскими представителями подчеркнул, что для нормального функционирования политической системы в любой стране необходима сильная оппозиция, равно как и сильное гражданское общество. Он высказался за развитие диалога между разными политическими силами [Беларуси]» 16 .
     Налаживанию контактов между белорусскими властями и ЕС, однако, препятствует несколько серьезных факторов. Во-первых, неизбежный результат складывающегося нового формата отношений с Россией – ухудшение экономического положения Беларуси, а против этого недуга Запад – во всяком случае пока – не предлагает Минску никаких лекарств. Даже если представить себе, что Лукашенко вдруг решится на серьезную экономическую либерализацию с привлечением западных инвестиций и кредитов, пройдет не один месяц, а то и год, прежде чем эта новая политика (а пока ничто не говорит о том, что белорусский президент готов к столь серьезному повороту) принесет конкретные результаты. Зато последствия нового экономического курса России белорусы явно ощутят уже в этом году, следствием чего может стать опасный для властей рост социальной напряженности. Во-вторых, трудно сказать, способен ли Лукашенко пойти навстречу Западу в таких щекотливых для него вопросах, как освобождение политзаключенных – в том числе своего бывшего соперника на прошлогодних выборах Александра Козулина. Без этого, однако, вряд ли можно будет говорить о каком-либо потеплении в отношениях Беларуси с ЕС.
     В-третьих, конфликт с Москвой, судя по всему, станет схваткой из нескольких раундов. В последние дни января появились сообщения о том, что президент Беларуси аннулировал недавние соглашения с Россией по нефти и вновь предложил пересчитать платежи. Агентство ИТАР – ТАСС цитировало и другую фразу Лукашенко: «Мы знаем, где чувствительные места тех, кто попытается нас ударить. Мы выкатим пошлины по тракторам, холодильникам, стиральным машинам, телевизорам и прочим товарам» 17 . Из Минска тут же последовало опровержение: президентская пресс-служба назвала эту информацию «провокацией» и подчеркнула, что все договоренности остаются в силе18 . Не исключено, что речь идет об утечке информации из окружения Лукашенко и что соответствующие заявления все же были сделаны, но «не для чужих ушей» и, возможно, не столь категорично. Однако если учесть, что в тот же день сразу на нескольких российских телеканалах вышли в эфир сюжеты, резко критические по отношению к президенту Беларуси, можно говорить о том, что Москва начала против Минска информационное наступление. Его целью является дальнейшая изоляция белорусского президента, создание его негативного образа в российском обществе и, возможно, в перспективе – подготовка таких политических перемен в Беларуси, которые были бы выгодны России.
     Канатоходцу все равно, в какую сторону падать, в любом случае риск сломать шею весьма велик. Александр Лукашенко находится сегодня именно в таком рискованном положении. Созданная им за 12 лет правления система держится на двух опорах: умеренно жестком авторитаризме в политике и режиме наибольшего благоприятствования со стороны России – в экономике. Изменение экономического курса Москвы по отношению к соседям по СНГ, в том числе и к Беларуси, разрушает одну из этих опор. Осторожно предлагаемый Западом политический диалог на условиях хотя бы частичной демократизации белорусского режима может разрушить другую опору. Что останется? И готово ли белорусское общество к стремительным переменам, которые могут начаться в этом случае?
     Похоже, 2007 год может оказаться для Беларуси еще более сложным и бурным, чем предполагал несколько месяцев назад ее президент.


1Лукашенко: 2007 год будет катастрофически тяжелым для страны http://telegraf.by/belarus/2006/11/22/gasoil/
2 Там же.
3 Я. Романчук. На пороге белорусской перестройки. http://www.charter97.org/bel/news/2007/01/16/porog
4 Беларусь готова активно сотрудничать с Европой для обеспечения своей энергетической безопасности. http://president.gov.by/press37458.html
5 См., напр.: Castle, S., Merkel attacks cuts in Russian oil supply, The Independent, 10.1. 2007. http://news.independent.co.uk/europe/article2140261.ece
Dempsey, J., Schr?der gets a pipeline job (and criticism), International Herald Tribune, 10, 12. 2005. http://www.iht.com/articles/2005/12/09/business/pipe.php
6 Там же.
7А. Суздальцев. Суверенный Александр Григорьевич. http://politoboz.com/node/82
8 www.kremlin.ru/appears/2007/01/15/1505_type63378type63381_116679.shtml
Российский Первый канал так прокомментировал эту часть выступления Путина: «Таким образом, принцип: "не имей сто рублей, а имей сто друзей" (которые имеют эти самые сто рублей, и всегда помогут материально), будет постепенно исключен из практики межгосударственных отношений России и Белоруссии. Смысл интеграции не в повторении ритуальных заклинаний о еe пользе, а именно - в экономической выгоде».
9http://www.president.gov.by/press37458.html
10 М. Соколов. Союз крепчал. «Известия», 16.1.2007. http://www.izvestia.ru/sokolov/article3100163/
11http://www.president.gov.by/press37458.html
12 Глава государства высоко оценил патриотизм церкви. http://www.president.gov.by/press36808.html#doc
13 Из того же нашумевшего интервью российским СМИ: «Я прошу российские телеканалы ОРТ, НТВ, РТР передать хотя бы одну фразу: я очень благодарен россиянам за ту поддержку, которую они оказали Беларуси в эту трудную минуту. Они не поддержали свое руководство в этом конфликте, это был один из решающих моментов в урегулировании конфликта. Если бы российское руководство чувствовало поддержку своего народа, нам было бы очень тяжело. А так еще руководство России считается с мнением россиян».
14Zacharhovich Y., Why Moscow hates Minsk? Time, 9.1. 2007. www.time.com/time/world/article/0,8599,1575400,00.html
15 Интервью Александра Лукашенко газете Вельт ам Зоннтаг http://news.tut.by/politics/81536.html
16 PACE President concludes visit to Belarus...http://assembly.coe.int/ASP/Press/StopPressView.asp?CPID=1858
18 Лукашенко предложил вновь пересчитать все платежи по нефти из России. ИТАР – ТАСС, 28.1.2007 http://www.itar-tass.com/level2.html?NewsID=11196940&PageNum=0
19 Пресс-служба Лукашенко: президент не аннулировал нефтяные соглашения с Россией. http://www.naviny.by/rubrics/economic/2007/01/29/ic_news_113_266123/

Print version
EMAIL
previous 15 Years of Independence of the R. Moldova - Development or Regress? |
Ana Rudico
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ |
Карел Свобода
next
ARCHIVE
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.