ISSUE 2-2008
INTERVIEW
STUDIES
Mихайло Самус Александр Алесин
RUSSIA AND UKRAINE
Александр Дергачев
OUR ANALYSES
Отар Довженко
REVIEW
Петр Вагнер
APROPOS
Богдана Костюк


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
REVIEW
ПОСЛЕДНИЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС СТАЛИНА
By Петр Вагнер | историк, Чешская Республика | Issue 2, 2008

     Книги, посвященные различным аспектам истории сталинского режима, сегодня способны заполнить не один читальный зал. Начав их читать, рано или поздно мы бы   поняли, что находимся только в стадии описания этого явления, и что мы не в состоянии однозначно ответить на вопросы, связанные с его сущностью. Исследование истории СССР с двадцатых до пятидесятых годов ХХ века словно сопротивляется закону Гегеля о переходе количества в качество. Мы накапливаем новые и новые факты, однако, желанное восклицание ”Эврика!” все не слышится.  
    
Одна из тем, в освещении которой в большинстве случаев отсутствуют ясные ответы на ключевые вопросы - политические процессы. Мы способны описать, как они происходили, имеем множество информации о том, как их конструировали, каково было их влияние на граждан страны и зарубежную общественность, однако не всегда точно знаем, каким был их истинный смысл, чего на самом деле хотел и в каком направлении собирался действовать дальше их основной организатор. Это касается как политических процессов, так и в целом поведения Сталина в последние годы его жизни.
    
Наши проблемы вызваны сущностью исследуемого режима, где принципиальные решения часто возникали в голове беспредельного властителя, подчиненные которого зачастую реагировали даже на его намеки, не сохраняя документов, дающих историку шанс проверить свои гипотезы сохранившимся архивным материалом. В результате существует сразу несколько интерпретаций того или иного факта, на которые зачастую влияют политические симпатии или антипатии их авторов.
    
Книга Федора Лясса «Последний политический процесс Сталина или несостоявшийся юдоцид»1 – труд автора, который не скрывает (что в его случае вполне понятно) своего негативного отношения к сталинскому режиму. Иногда это проявляется в готовности согласиться с теми существующими интерпретациями или взглядами, которые еще мрачнее, чем была реальность (например - вопрос возможной депортации советских евреев, сотрудничество секретных служб фашистской Германии и СССР против мирового еврейства). Это не самым лучшим образом влияет на некоторые фрагменты книги. Однако в целом работа Ф. Лясса, безусловно, представляет собой интересный вклад в описание начала конца сталинского режима.
     Автор книги накопил интересный материал, уточняющий наши знания о процессах по делу Еврейского антифашистского комитета (ЕАК) и „врачей-вредителей”. В то же время книга, зачастую в полемической форме, снова ставит принципиальные вопросы, связанные с последним периодом жизни Сталина. В этом контексте надо считать перспективным анализ личных свидетельств и официальных документов о кончине Сталина. 
    
Ф. Лясс попробовал разработать схему, описывающую конструкцию политических процессов, и приходит к выводу, что она в течение всего «царствования» Сталина практически не менялась. Его схема состоит из семи этапов: 1) Фальсификация документов. Идеологическая кампания; 2) Уничтожение лиц, которые могли бы помешать проведению следствия и суда; 3) Аресты; 4) Следствие; 5) Открытый судебный процесс; 6) Казни; 7) Террор, депортации.
    
Схема соответствует ходу процессов, который мы можем реконструировать на основе сохранившихся документов. Учитывая материалы, приведенные в книге автором, возможно, было бы полезно в схеме особо выделить арест лица, которому была заранее уготована роль обличителя, ибо именно его показания должны были стать одним из решающих толчков в развертывании дела. 
    
Дела, находящиеся в центре внимания книги, выходят за рамки общей схемы процессов, приведенной Ф. Ляссом. Поэтому автор чертит отдельную схему, более адекватную специфической ситуации. Разница в том, что дело ЕАК не удалось довести до открытого суда, ибо, несмотря на три года пыток, органам не удалось получить нужные показания и подготовить суд-спектакль. Поэтому процесс был закрытым, и тема еврейского заговора вновь всплыла в рамках нового дела ”врачей-вредителей”.   
    
В связи с делом ЕАК автор задает вопрос: почему все длилось так долго? И ответ ищет в мужественном сопротивлении заключенных, в стремлении следователей все-таки сломать обвиняемых, подготовить их к публичному процессу, который бы развязал террор против советских евреев. Аргументация автора не вызывает принципиальных сомнений, однако затянувшийся срок надо оценивать как во внутреннем, так и во внешнеполитическом контексте.
    
В то время, когда начало раскручиваться это дело (убийство С. Михоэлса 13 января 1948г.), советский режим старался наладить дружественные отношения с только что возникшим государством Израиль2. Процесс по делу ЕАК, наверное, не мог бы этому способствовать. Советско-израильские отношения начали портиться только после 1949г., и это развязало Сталину руки. В 1952г., когда проходил суд над членами ЕАК, можно было уже говорить о полном кризисе в этих отношениях. Возможно, для уточнения всех обстоятельств дела ЕАК, было бы полезно детально сравнить ход дела с деятельностью СССР на Ближнем востоке в то время.
    
Если глубже анализировать внешнеполитический контекст дела ЕАК, нужно коснуться и процесса по делу так называемого антигосударственного центра Рудольфа Сланского в коммунистической Чехословакии. Действие происходило во время последней фазы московского дела. Р. Слански был арестован 23 ноября 1951г. Суд, приговоривший 11 человек к смертной казни и трех к пожизненному заключению, состоялся 20-27 ноября 1952г. Из четырнадцати подсудимых одиннадцать были еврейской национальности. Совпадение во времени и составе осужденных более чем очевидно.   
    
Рассматривая внутренние факторы, было бы полезно уделить внимание идее, озвученной Шимоном Редлихом, который длительность процесса по делу ЕАК объясняет как сопротивлением арестованных, так и другими акциями репрессивного характера, которые Сталин проводил в это время: Ленинградское дело и чистки в Министерстве государственной безопасности.3 Не надо забывать и про мингрельское дело, которое было для Сталина дважды сложным, поскольку оно, вероятнее всего, целило в Берию.
    
Имеющаяся информация и работа Ф.Лясса свидетельствуют о том, что готовящийся процесс по делу врачей (преимущественно еврейской национальности) имел, больше шансов завершиться открытым судом. Следователям удалось сломать некоторых заключенных, не выдержавших пыток в застенках Лубянки. Ф. Лясс, используя протоколы допросов своей мамы (хотя эта мужественная женщина не сдалась), шаг за шагом документирует, как ломались наперед избранные жертвы. Эта часть книги (с.с. 139-292), включая графики допросов, является сильнейшей, и, с точки зрения информационного вклада, самой ценной частью книги. Трагическую судьбу Е. Лившиц подчеркивает конец ее дела, когда с нее снимают обвинения в умышленно халатном лечении детей, однако в силе остается обвинение в „признанной” антисоветской пропаганде. Приговор - семь лет лагерей.   
    
Можно, несомненно, разделить точку зрения автора, что в случае обоих политических процессов с явно анти-еврейским подтекстом сопротивление арестованных, с которым столкнулись следователи, радикально повлияло на заранее подготовленный сценарий и, наверное, сохранило жизни новым потенциальным жертвам именно из еврейской среды. Однако убеждение Ф. Лясса, что все шло к окончательному решению еврейского вопроса, уже не является настолько бесспорным. К этому мы вернемся несколько позже. 
     В своей работе автор делает попытку охватить практически весь период конца сороковых - начала пятидесятых годов. Особое внимание уделяет общей схеме построения процессов (с. 35-45 и повторно с. 465-469) и ее применению к последним двум процессам, инспирированным Сталиным  (с. 47-135). Важной темой для него есть вопрос возможной депортации советских евреев (с. 456-527), письмо высокопоставленных советских евреев в газету Правда (с. 398-445). Автор анализирует разные версии событий, связанных со смертью Сталина (с. 540-562). Также уделяется внимание вопросу возможного сотрудничества НКВД и гестапо в совместной борьбе против мирового еврейства (с. 534-538).
    
Остановимся на некоторых приведенных темах подробнее, ибо мы здесь можем показать более и менее сильные места изучаемой работы.  
    
Ф. Лясс характеризует избранный им метод как „системный подход к анализу исторических явлений“ и, с его помощью, пробует выработать схему политических процессов. Схема удачно отражает ситуацию и делает наглядными результаты многих научных исследований. Связанные со схемами отдельные заключения во вводной части работы (c. 36-41) приводят нас к авторскому пониманию изучаемых им процессов, которое завершается утверждением, что депортация советских евреев была уже решенным вопросом.
    
Однако из того, что автор предлагает, можно лишь с уверенностью утверждать, что в СССР в то время распространялись слухи о готовящейся депортации. Не больше и не меньше. Попытки сравнить противников гипотезы депортации с теми, кто отрицает холокост, находятся за рамками научной дискуссии и недостойны автора такого формата.
    
Убеждение, что, если нет документальных доказательств готовящейся депортации, то невозможно утверждать, что такой факт был, нельзя воспринимать как злое намерение. Это мнение имеет право на существование. Если уж нет однозначной директивы, должны были сохраниться хотя бы некоторые косвенные доказательства (сведения о движении составов, предназначенных к перевозу большой численности людей, разные мероприятия в местах, куда советских евреев должны были выселять). Пока их нет, скепсис некоторых ученых понятен.
    
Второй метод, на который автор полагается в стремлении преодолеть проблему с неполными источниками информации, есть метод аналогии. Этот метод бывает продуктивным, однако он не всесилен. И, как говорится, всякая аналогия хромает. Попробуем применить аналогию к убеждению, что возможная депортация евреев была бы эффективным инструментом к поддержанию всеобщего страха в стране (с. 64). Автор в своей работе констатирует нарастающий антисемитизм в СССР: „Все было сделано, чтобы евреи в представлении народных масс очень подходили на роль врагов народа, шпионов   и убийц“ (с. 63). И тогда не может не возникнуть вопрос, почему депортация должна была привести к всплеску страха в стране? Наоборот. Вспомним упомянутую в книге женщину, пришедшую посмотреть квартиру своих еврейских соседей, которую она хотела занять после их депортации (с. 478).
    
Используя аналогию с фашистской Германией, режим которой был во многом похож на сталинский, поставим вопрос, было ли систематическое уничтожение евреев на глазах немецкого общества поводом для серьезной обеспокоенности для так называемых арийцев? Ни в коем случае.
    
С другой стороны, существуют свидетельства, содержащие опасения, что дело врачей могло бы означать начало новых репрессий.4 И как сейчас установить истину? Мы снова сталкиваемся с тем, что в условиях дефицита источников могут рядом существовать разные версии прошедших событий.
    
Некоторые проблемные места рецензируемой работы, возможно, связаны с тем фактом, что автор старался охватить слишком много вопросов и, при отсутствии нужного архивного материала и литературы, не мог дать надлежащего изложения всех событий, которые упоминает в книге. Попытка заменить недостаток источников и литературы методом аналогии не всегда оказывалась успешной. Кроме понятной нехватки материалов из российских архивов, заметно, что у автора нет контакта с современной западной исторической литературой, которая внесла большой вклад в изучение истории СССР.
    
В конечном результате перед нами работа, основной вклад которой заключается в подробном и впечатляющем изложении автором судьбы его мамы, женщины, которая смогла преодолеть невероятный нажим и не дала возможность своим палачам сделать из нее марионетку, предающую и обвиняющую своих коллег и друзей. Эта часть работы Ф. Лясса заслужила бы отдельного издания.
     Другие результаты работы уже не так однозначны. Однако, несмотря на то, что не всегда можно согласиться с методами, аргументацией и толкованием некоторых фактов или событий, книгу Ф. Лясса надо приветствовать как шаг на пути для дальнейшего изучения сущности сталинского, или же коммунистического режима. Это не мало, учитывая, что в последнее время хорошо заметны более или менее проработанные попытки реабилитировать Сталина, включая оправдание политических процессов.5 Такие книги нужны и потому, что большая часть россиян убеждена, что Сталин совершил больше хорошего, чем плохого.6
    
Советские евреи могли после смерти Сталина вздохнуть с облегчением, однако режим не оставил их в покое. Особенно тех, кто хотел выехать в Израиль. Тень процессов пятидесятых витала над советскими евреями до конца существования СССР: „Когда в Известиях появилась статья, я и мои друзья ´предатели´ поняли, что стоим перед угрозой новых антисемитских показательных процессов в духе пресловутого заговора врачей... Обвинение в шпионаже в Известиях казалось нам сшитым из той же ткани”.7
     Воспоминания Натана Щаранского могли бы быть еще одним продолжением обзора истории политических репрессий в СССР. Хотя их автор констатирует, что в сравнении со сталинской эпохой наступили лучшие времена, прогресс ощущался только в том, что меньше убивали и пытали. Сущность режима осталась той же самой: иметь собственный взгляд или требовать уважения к основным человеческим правам было просто опасно.
    
К счастью, мы живем сегодня, и, благодаря героям книги Федора Лясса, в лучшие времена, однако не надо забывать, что рецидивы тоталитаризма случаются и в современности. Поэтому важна цель, ради которой Ф. Лясс подошел к своей работе: „Задача книги, какой я ее вижу, - внести необходимый вклад в десталинизацию и осуждение тотальной диктатуры, при которой мы жили в течение смены целого поколения“ (с. 15) 


1 Лясс, Ф.,  Последний политический процесс Сталина или несостоявшийся юдоцид. Филобиблон. Иерусалим 2006.609 стр.
2 Rucker, L., Staline, Israël et les Juifs. Paris, Presses universitaires de France, 2001, 380 p.
Rucker, L., THE UNEXPECTED ALLIANCE : USSR AND ISRAEL DURING THE 1940’S.www.russkiivopros.com/index.php?pag=one&id=77&kat=6&csl=19
3 Redlich, S., War, Holocaust and Stalinism: A Documented Study of the Jewish Anti-Fascist Committee in the USSR, Luxembourg: Harwood Academic Publishers, 1995. http://www1.yadvashem.org/odot_pdf/Microsoft%20Word%20-%203213.pdf
4Симонов, К., Глазами человека моего поколения, Москва 1990c. 246.
5 Почти неимоверно звучит высказывание А.В. Филиппова в пособии для учителей Новейшая история России 1945-2006гг. (Москва, Просвещение 2007. 494c.),где буквально написано: „Итогом сталинских чисток стало формирование нового управленческого класса, адекватного задачам модернизации в условиях дефицита ресурсов...(с. 90) 
6 http://www.levada.ru/press/2008030506.html
7 Sharansky, N., Fear No Evil, New York 1998, p. 24. 
Print version
EMAIL
previous «В» И «НА» КАК ВОПРОС НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ |
Отар Довженко
ЕВРО 2012: ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА УКРАИНЫ |
Богдана Костюк
next
ARCHIVE
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.