ISSUE 3-2011
INTERVIEW
STUDIES
Mykola Riabchuk Виктор Замятин Богдан Олексюк
RUSSIA AND ITS HEROES
Томаш Гланц Владимир Воронов Ондржей Соукуп Петр Вагнер
OUR ANALYSES
Тигран Закарян
REVIEW
Ростислав Павленко
APROPOS
Pavel Vitek


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
RUSSIA AND ITS HEROES
РИХАРД ЗОРГЕ: СОТВОРЕНИЕ МИФА. ПОПЫТКА РЕКОНСТРУКЦИИ
By Владимир Воронов | журналист, Российская Федерация | Issue 3, 2011

70 лет назад, 18 октября 1941 года японская контрразведка арестовала Рихарда Зорге, руководившего одной из нелегальных сетей Разведывательного управления РККА. В пантеоне славы советской (а ныне и российской) разведки имя Рихарда Зорге сияет над всеми прочими: в свое время его провозгласили величайшим разведчиком всех времен, народов и племен. — Ведь, как гласит официальная версия, именно он и предупредил Сталина, что Германия нападет на СССР 22 июня 1941-го. Но вождь, увы, не поверил. Зато поверил, когда разведчик сообщил, что Япония не ударит в спину СССР, что, мол, и позволило спешно перебросить войска с Дальнего Востока под Москву — спаситель!

Правда, советскому обществу эту легенду предъявили с большим запозданием — спустя 23 года после его провала и через 11 лет после смерти «не поверившего» ему Сталина. Спецоперация по героизации оказалась подобна сходу лавины: 4 сентября 1964 года имя Зорге внезапно извлекли из черной дыры неизвестности, в одночасье обрушив на головы советских людей колоссальный объем информации о нём. Именно в этот день, открыв газеты Правда и Известия, обыватель узнал, что настал час поведать о том, что был такой выдающийся советский разведчик.

«На далекой, на чужой земле

Не щадил себя товарищ Зорге!»[1]
 
«Подвиг Зорге известен во многих странах мира»— вещали Известия. Граждане СССР об этом подвиге ни сном, ни духом? Неважно: «Теперь — уверял главный официоз страны — он будет известен и народам Советского Союза, за дело которого он боролся и отдал жизнь»[2]

«Многие обстоятельства мешали тому, чтобы это произошло гораздо раньше, чтобы была рассказана правда о бессмертном подвиге разведчика Рихарда Зорге и его товарищей...», — многозначительно поведала уже Правда. Но, наконец, «пришло время рассказать о человеке, чье имя станет для грядущих поколений символом преданности великому делу борьбы за мир, символом мужества и героизма».[3] Во как, читатели в СССР впервые услышали это имя, а главный орган ЦК КПСС уже приказал считать его символом!

Утверждать новый символ машина агитпропа принялась с размахом. Проштудировав подшивки, подсчитал: лишь в четырёх из наиболее массовых советских газет — Правда, Известия, Комсомольская правда, Красная звезда — в сентябре-декабре 1964 года опубликовали 28 материалов о Рихарде Зорге. Да ещё несчетное количество статей о нём же вышло в центральных еженедельниках и ежемесячниках, изданиях республиканских, областных...

21 сентября 1964-го, после многодневной пресс-подготовки, с помпой началась всесоюзная премьера фильма французского режиссера Ива Чампи Кто вы, доктор Зорге? (для узкого круга избранных фильм презентовали в Госкино 10 сентября). Самым шокирующим для нашего зрителя было то, что в кино советский разведчик вёл совершенно разгульный образ жизни, волочась за каждой юбкой и поглощая алкоголь в безмерных количествах. «Наши» разведчики в таком облике перед гражданами СССР еще не представали! Впрочем, после этой кинопремьеры — тоже: «облик моралите» советского бойца невидимого фронта — человека строгих правил и верного семьянина, остался незыблем. Кстати, ни одного своего художественного фильма о Зорге советские кинематографисты так и не сподобились создать: вышестоящая инстанция соизволения на это не дала...

В ноябре 1964-го сброшюровали первую книгу о Зорге[4], выпущенную относительно небольшим тиражом;в четверть миллиона экземпляров. Потом книжки стали печь десятками. Ставились пьесы: один лишь Михаил Маклярский, бывший подчиненный генерал-диверсанта Павла Судоплатова, выдал сразу две — Пресс-атташе в Токио и Рихард Зорге. Не остались в стороне и композиторы: Вано Мурадели сочинил песню Товарищ Зорге, Петр Савинцев (секретарь правления Союза композиторов СССР, до того — инструктор отдела культуры ЦК КПСС) переложил на баян песню Кто вы, доктор Зорге?... Насчитал даже три оперы Рихард Зорге: Михаила Симанского, Юлиуса Мейтуса и Оскайра Гейльфуса. Практически в каждом советском городе появились улицы Зорге, его именем стали называть школы, пионерские дружины, пароходы. Выпустили почтовые марки, поставили памятники.

И с тех пор в Советском Союзе каждый — кроме грудных младенцев и слепоглухонемых — знал, какой именно подвиг совершил товарищ Зорге. «Роковой 1941 год. В Москву летит сообщение: 150 немецких дивизий совершат нападение на советскую границу не позже 20 июня. Затем Зорге уточняет дату — 22 июня», — ошеломили своих читателей Известия.[5] «...Весной 1939 года Зорге передал, что 1 сентября гитлеровцы собираются напасть на Польшу. ...15 мая 1941 года Зорге радировал точную дату начала гитлеровской агрессии против СССР — 22 июня», —перечислила заслуги разведчика Правда.[6] Итак, «Рихарду Зорге принадлежит заслуга в том, что он добыл точные данные о дате нападения Гитлера на Советский Союз». Но, увы, «его информация в силу обстановки, сложившейся в нашей стране под влиянием культа личности Сталина, была оставлена без внимания». Зато «именно Зорге, — это опять из той же публикации Известий, — сообщил точные и убедительные данные о том, что японская военщина сосредоточивает силы для войны на Тихом океане. Это позволило советскому командованию перебросить часть сил с Дальнего Востока на германский фронт».[7] — Вот вам и фундамент хрестоматийной легенды о великом разведчике, которому не поверил Сталин!

Почему легенды? — Так практически вся документация о Зорге сокрыта от исследователей секретными грифами, к подлинным материалам о деятельности героя никого из многочисленных «зоргеведов» не подпустили. Проверить же достоверность тех куцых документов, которые скупо публиковали уже после 1991 года, невозможно: архивные фонды военной разведки по-прежнему закрыты.

Концептуальным единством и унификацией материалов поначалу не озаботились. Левая рука «единого заказчика» не ведала, что делала правая, потому и путались в показаниях допущенные к теме «зоргеписцы», даже в таких, казалось бы, банальных деталях, какого цвета были глаза у Зорге: «Его большие черные глаза смотрели из-под очков», — безапелляционно выдала главная комсомольская газета.[8] Хотя уж даже по плохоньким черно-белым снимкам было видно, что это не так! А уж как запутались с его родословной: по первой версии той же Комсомольской правды, «его отец Адольф Зорге — немец, рабочий нефтяной концессии».[9] Позже газета поправится: «отец Рихарда Зорге — мастер механических мастерских...». Правда, родитель нашего героя — вовсе никакой не Адольф: полное его имя звучало «чуть» иначе — Густав Вильгельм Рихард Зорге.[10] Но это мелочь в сравнении с тем, как «комсомольцы» промахнулись по части сведений уже анкетных: в тот самый день, когда они возвели отца Рихарда Зорге в «рабочие», концепцию «правильного» социального происхождения разведчика мимоходом обрушил печатный орган Министерства обороны. Отец Зорге, как написал в Красной звезде видный певец чекизма, Василий Ардаматский, «был ловкий делец капиталистического толка, работа на нефтяной концессии у нас в Баку стала для него трамплином для прыжка в мир крупного бизнеса у себя в Германии».[11] Правда, дальше певца чекизма совсем уж понесло и он поведал, что Рихарду так не повезло с социально и духовно неблизким папой, что « в семье он становится полным изгоем». И затем, якобы,последовал «непримиримый разрыв с отцом, который всем своим существом уже устремлен навстречу грядущему фашизму. Ничего общего с братом, который пошел за отцом. И только мать – простая русская женщина, ставшая женой предпринимателя — любила Рихарда...».[12] Одна вот незадача, Густав Вильгельм Рихард Зорге умер 1 декабря 1907 года нашему герою тогда только исполнилось 12 лет: о каком «непримиримом» идейном разрыве отца с ребёнком можно говорить?! Юлиус Мадер, известный биограф Зорге из ГДР, вообще пишет о чудесных отношениях Зорге-старшего с детьми.[13] А уж «грядущий фашизм» образца 1906 или 1907 года — это и вовсе сильно!..

Все эти публикации были проверены цензурой, — и такие ляпы с тройственным социальным происхождением: то ли пролетарий, то ли служащий, а то и вовсе буржуй — выбирай на любой вкус! Будут и иные казусы. Так, в октябре того же 1964-го Комсомольская правда начала серию публикаций под заголовком Я знал Зорге некоего Я. Горева.[14] Под этим псевдонимом скрывался бывший сотрудник военной разведки Яков Бронин (резидент Разведупра в Шанхае с 1933 по 1935 гг.): он действительно пересекался с Зорге в 1933 году. В 2000 году исследователь Андрей Фесюн выпустил сборник документов по делу Зорге, из которого стало известно, что этот «мемуарист» Горев-Бронин в 1934 году накатал на Зорге натуральный донос: «Рамзай в разговоре с выезжавшим к нему курьером <...> (беспартийным), обсуждая политику Коминтерна, высказывал политически неверные взгляды».[15] Впрочем, как следует уже из ведомственного издания о деятельности советской военной разведки в Китае, Бронин старательно черкал в Центр доносы и на других своих коллег, также допускавших «клеветнические обвинения по адресу Коминтерна».[16] — И вот этот доносчик 1930-х спустя 30 лет выступает уже в роли воспевателя одной из жертв своей кляузы! Но в родном агитпропе бывало и не такое.

 Дача, Зорге и Хрущёв

Сама по себе история возвеличивания Зорге загадочна. Считается, что инициатором его канонизации был Хрущев. Отстранение которого от власти никоим образом не сказалось на темпах раскрутки образа Зорге как величайшего разведчика всех времён и народов. Никиту Сергеевича сняли 14 октября 1964 года, а 5 ноября 1964-го появился указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Зорге звания Героя Советского Союза. Попытаемся раскопать, как всё это началось.

Итак, «работодатель» вдруг вспомнил о своём агенте лишь через 20 лет после его казни. Хрестоматийная легенда гласит: Никита Сергеевич возбудился, посмотре в фильм Ива Чампи Кто вы, доктор Зорге?. Но когда речь заходит о деталях пресловутого просмотра, очевидцы путаются в показаниях, расходясь во всём — в датах, обстоятельствах, деталях исторического просмотра.

Журналист Всеволод Овчинников, работавший корреспондентом Правды в Токио, вспоминал: «Летом 1964 года в Японию прилетел политический обозреватель Правды Виктор Маевский. Он рассказал, что на даче у Хрущева показывали французский детектив <Кто вы, доктор Зорге?>» После фильма Никита Сергеевич риторически изрек: <А разумно ли мы поступаем, что открещиваемся от такого выдающегося разведчика?>. Рассказав мне об этом, коллега из Москвы поинтересовался: знают ли о Зорге японцы? Я ответил, что, кроме наших соотечественников, о нем знают почти все. В Токио не сходит со сцены пьеса < Рихард Зорге>»... Стала бестселлером автобиография, которую Зорге за три года написал в камере смертников».[17]

«Дачной версии» придерживается и Борис Чехонин, работавший тогда в Японии собкором Известий. Вот что написал он в изданной в 2002 году книге Журналистика и разведка : «Как-то опять вечером, часов в шесть, раздался новый звонок, на сей раз от самого Аджубея.

— Боря, продиктуйте завтра на полосу материал о нашем разведчике и немецком журналисте Рихарде Зорге!». Но, вспоминал Чехонин, «я не знал ничего о Зорге. Впоследствии выяснилось, ничего не знал о нем до поры до времени и сам Никита Сергеевич Хрущев. Как-то у себя на подмосковной даче он решил расслабиться, забыть хотя бы на время о государственных делах и заботах. Взял с собой жену, дочь, зятя и отправился в кинозал. Зарубежный фильм был о журналисте и советском разведчике Рихарде Зорге, немце по национальности, агенте ГРУ, работавшем в Японии с сентября 1933 по октябрь 1941 года. Для Хрущева это было открытием. Он позвонил по <вертушке> председателю КГБ и спросил: <Зорге — реальное лицо?> Ему рассказали о заслугах советского разведчика, о том, что Сталин не любил его, не верил в правдивость информации <двойного немецкого агента> о планах Гитлера напасть на СССР. А когда подтвердилась даже точная дата начала фашистской агрессии, вождь не мог простить, что не он, а <двойник> оказался прав. ...Хрущев увидел в этом еще один повод восстановить попранную Сталиным справедливость и тут же распорядился подготовить указ о присвоении советскому разведчику высшей боевой награды — золотой звезды Героя Советского Союза. Правде и Известиям поручили опубликовать соответствующие статьи».[18] Но, как с оттенком зависти отметил Чехонин, «в распоряжении Виктора Маевского, политического обозревателя Правды, в Москве имелись секретные архивы ГРУ и другие материалы. В Токио у меня под рукой не было никаких сведений».

Выполняя распоряжения Москвы, Чехонин «обратился за помощью к послу и резиденту»(!). Но, увы, те «ничего не знали или сделали вид, что не знают о казненном в годы войны немецком журналисте и советском разведчике».[19] Странно всё это: советских корреспондентов в Токио аж целых две «штатные единицы», но если один, «правдист», прекрасно узнаёт про Зорге чуть ли не всё — даже без помощи резидента, то второй, «известинец» ...впервые услышал о нём от своего главного редактора. При этом, как раз именно «известинец» — профессиональный японист со стажем (с конца 1940-х гг.), да и поработал к тому времени он в Японии куда больше коллеги. И — ни о каком-таком Зорге знать ничего не знает, хотя о советском разведчике, оказывается, в Токио уже пьесы ставили на каждом углу! Видимо, эти «журналисты» несли службу по разным ведомствам?

По версии Юлиана Семёнова (Ненаписанные романы), когда фильм про Зорге как-то привезли Хрущеву на дачу, «посмотрев картину, Никита Сергеевич не без восхищения заметил:
— Вот как надо снимать! Сидишь как на иголках, а в наших фильмах сплошная тягомотина или барабанный бой, «ура-ура», смотреть тошно!
Среди приглашенных на просмотр был и тот, кто знал правду о Зорге; он-то и заметил:
— Так ведь это не вымысел, товарищ Хрущев, а чистая правда.
Никита Сергеевич даже изменился в лице, огромный лоб свело морщинами, глаза погасли; помедлив мгновение, он поднялся и, не говоря ни слова, отправился к аппарату прямой связи; позвонил генералам армии Захарову[20] и Серову[21]; те подтвердили — да, правда, был такой Зорге; на составление  подробной справки попросили время; Хрущев дал день; через неделю, не посоветовавшись ни с кем из коллег, продиктовал Указ Президиума Верховного Совета: Зорге стал Героем Советского Союза, хотя подписали указ уже после того, как Хрущева скинули».[22]

Красиво? Только и эта версия несостоятельна: действо по канонизации Зорге развернулось буквально в канун снятия Хрущева — летом-осенью 1964-го. И никакому Серову Первый секретарь ЦК КПСС тогда звонить точно не мог, поскольку ещё 2 февраля 1963 года генерал армии Иван Серов был с треском снят с должности начальника ГРУ в связи с «делом Пеньковского», 7 марта того же года разжалован в генерал-майоры, а спустя ещё пять дней его лишили звания Герой Советского Союза.[23] Затем на 2,5 года его спровадили в ссылку — сначала в Туркестанский военный округ (Ташкент), затем в Приволжский военный округ (Куйбышев).[24] Так что если Хрущев и мог звонить Серову по «делу Зорге», то лишь до дня ареста Пеньковского, 22 октября 1962 года...

Ветеран госбезопасности Виталий Чернявский утверждал, что именно Захаров внес решающий вклад в «открытие» Зорге миру. По его версии, когда Ив Чампи в 1962-м предложил свою ленту для проката в СССР, руководство Министерства культуры отвергло её. Но в 1963 году из Минкульта выделили Госкомитет по кинематографии, и Чампи вновь решил предложить свою работу. В этот раз на закрытый просмотр пригласили сотрудников разведки КГБ, которым фильм якобы понравился. И вот тогда, мол, генерал НиколайЗахаров позвонил председателю Госкино Алексею Романову: как, мол, фильм? Руководитель Госкино энтузиазма не выказал, тогда чекист предложил: «Ленту я заберу и покажу её руководящему составу КГБ. Если фильм понравится, покажем его на субботнем просмотре членам Политбюро...».[25]

Удивительно, но руководству КГБ фильм понравился настолько, что Захаров якобы просит начальника личной охраны Хрущева[26], познакомить «охраняемое лицо» с аннотацией фильма. Как написал Чернявский, после просмотра ленты Хрущев высказал мнение: «Апо-моему фильм хороший. Мне, например, понравился». И поручил Захарову: «Передайте Романову: фильм нами одобрен. Его надо купить, перевести на русский язык, скорректировать отдельные эпизоды и выпустить на большой экран...».[27] Так, мол, всё и закрутилось. Вот только в мемуарах самого генерала Николая Захарова о каком-либо просмотре Хрущевым фильма Ива Чампи нет ни слова: либо такого эпизода вовсе не было, либо сам Захаров не имел к нему отношения.[28]

Тем паче, доктор Зорге проходил вовсе не по ведомству чекистов — с чего бы им так радеть за героев «конкурирующей фирмы»? И очень уж сомнительно, что выросшим из бериевской шинели высокопоставленным чекистам хрущёвской эры действительно приглянулся разухабистый шпионский боевик Ива Чампи! Не соответствовал он ни их ментальности, ни официально культивируемому в Комитете — вплоть до заката СССР — представлению о том, каким должен быть советский разведчик. Знакомый офицер внешней разведки, внесший тогда свою лепту в кампанию по канонизации Рихарда Зорге, рассказал мне, с каким изумлением он и его коллеги восприняли приказ руководства: — Пьяница, дебошир, донжуан, даже бабник — и, на тебе, идеальный образец советского разведчика?! Да мы все, от недавних выпускников разведшколы до начальства, были в шоке. Да у нас в Комитете тогда и за меньшие шалости незамедлительно отбирали партбилет, безжалостно вычищали из органов. После — тоже...[29]

Сергей Голяков и Михаил Ильинский, биографы Зорге, приводят версию, якобы поведанную им в середине 1960-х генерал-полковником Хаджи-Умар Мамсуровым, тогдашним заместителем начальника ГРУ. По его словам, ни на какую дачу к Хрущеву фильм не привозили: закрытый кинопросмотр для руководителей партии и правительства состоялся осенью 1963-го в Кремле. И после сеанса взволнованный Хрущев спросил присутствовавшего там Мамсурова, действительно ли был такой человек. «И когда мы сказали ему, что Рихард Зорге — реальная личность, и что он действительно внес неоценимый вклад в нашу  победу над фашистской Германией, Хрущев воскликнул: «Надо поднять этого человека. Народ должен знать своего героя!».[30] Красиво, но, увы, столь же недостоверно. «Поднимали», получается, целый год? И почему тогда никто из высокопоставленных лиц, якобы присутствовавших на этом кремлевском киносеансе, не вспомнил о нём впоследствии? А уж участие в таком эпизоде самого Мамсурова и вовсе нереально: ему, как всего лишь одному из заместителей начальника ГРУ, не по чину было присутствовать на мероприятиях, куда не был вхож ни его непосредственный начальник — руководитель ГРУ, ни даже председатель КГБ.

«Космическая» версия

Тем не менее, ничем не подкрепленная версия о «хрущевском восторге» от фильма Ива Чампи живет и поныне, хотя изъяны её налицо, начиная с хронологии и места события: просмотр был то ли в 1962, то ли в 1963-м, то ли в 1964-м; на даче Хрущева, в Кремле, в Доме приемов; Никита Сергеевич смотрел фильм в узком кругу домочадцев, с членами Президиума ЦК КПСС и секретарями ЦК, а то и вовсе с чиновниками более низкого ранга. И, выясняя, был ли такой разведчик, Хрущев якобы звонит то ли председателю КГБ, то ли начальнику ГРУ. Или вовсе никуда не звонит, а просто восторженно восклицает «Это же настоящий герой!». А поскольку мнение генсека — указание к действию, якобы не замедлила развернуться и кампания по канонизации... Но за все эти десятилетия так и не объявился ни один очевидец сцены «узнавания о Зорге». Кстати, сам Никита Сергеевич, надиктовавший на пенсии обширные воспоминания, имени Зорге там ни разу даже не упомянул.[31]

Есть основания полагать, что уж в 1964 году никакого «открытия» Зорге Хрущев точно не делал, поскольку уже имел достаточное представление о нём — и вовсе не из кино. Генерал Михаил Иванов, работавший в Японии во время войны и в начале 1960-х по линии военной разведки, выдал такой сюжет: когда космонавт Юрий Гагарин посетил Японию (21-28 мая 1962 года), кто-то из японцев вдруг спросил его: «Почему в Советском Союзе совершенно забыто имя знаменитого советского разведчика Рихарда Зорге, подвергшегося в годы войны казни в тюрьме Сугамо?». Тут Иванов «не преминул воспользоваться случаем и самым подробным образом, в самых ярких красках рассказал о подвиге разведчика и его огромном вкладе в нашу победу над фашизмом. Юрий Алексеевич был захвачен этим рассказом. Вскочив и повернувшись к дипломатам, он горячо произнес: <Это замечательно! Надо немедленно действовать. Пожалуйста, закажите на мои 50 долларов венок с надписью: ”Первому разведчику Рихарду Зорге — от космонавта Ю. А. Гагарина!”> При этом космонавт добавил: <Я хочу лично возложить венок до отъезда из Токио>. Но сотрудники посольства стали отговаривать Гагарина <от поспешных действий> и тогда космонавт иронично, как он один только умел делать, выпалил: <Все вы — трусы. И ваш посол Федоренко — тоже трус! Вот вернусь я в Москву и доложу Никите Сергеевичу, каких дипломатов-трусов он держит в Токио>...».[32] Но доложил ли, даже если такой эпизод вообще имел место? Знавшие Юрия Алексеевича люди свидетельствуют, что космонавт обычно слов на ветер не бросал. А поскольку первое лицо государства тогда не столь уж и редко снисходило до первого космонавта, у последнего теоретически была возможность в той или иной форме довести информацию до сведения Хрущёва. Значит, на календаре у нас уже год 1962-й?

Есть еще одно «японское свидетельство» — уже вышеназванного генерала Захарова: он описал в своих мемуарах, как вместе с Анастасом Микояном, первым заместителем Председателя Совета Министров СССР, был в Японии. И там, «пользуясь отдыхом Микояна, я посетил могилу советского разведчика Рихарда Зорге и возложил цветы к памятнику... Я доложил Микояну о том, кто такой Зорге. Он порекомендовал послу Федоренко поставить хороший памятник советскому разведчику».[33] Только с датировкой визита генерал явно напутал, написав, что дело было в 1959 году. Но Микоян посещал Японию лишь дважды: в августе 1961 года — когда открывал советскую торгово-промышленную выставку в Токио, и в мае 1964-го — во главе делегации Верховного Совета СССР. 1964 год отпадает: посла Федоренко тогда уже не было — он работал до июля 1962 года. А сам Захаров мог сопровождать Микояна лишь в качестве начальника 9-го управления КГБ — эту должность он занимал до декабря 1961 года. Выходит, «токийский доклад» о Зорге Захаров мог сделать Микояну только в августе 1961 года.

Получается, первые лица страны знали о Зорге задолго до всяких там кинопросмотров — по крайней мере, с 1961 года? Ещё один штрих: если сам Захаров, будучи начальником 9-го управления КГБ, был в курсе истории Зорге задолго до японской поездки Микояна, значит, для высшего руководства КГБ она загадкой явно не была. И, при необходимости, они могли без затей довести до главы государства сведения об агенте «конкурирующей фирмы». Может, и довели, благо информационных поводов для этого было хоть отбавляй: за пределами Советского Союза о «деле Зорге» во всю писали с 1946 года — тогда в Токио издали посмертные тюремные записки «подельника» Зорге, Ходзуми Одзаки. В 1949 году штаб генерала Макартура (главнокомандующий оккупационными войсками в Японии) слил японской прессе содержательную часть отчета о деле Зорге, составленного начальником разведслужбы оккупационных сил генералом Чарльзом Уиллогби (Willoughby). В 1950 году, в Токио же, выходит книга про Одзаки и «дело Зорге», ещё одна книга о Зорге издаётся в ФРГ.[34] 1951 год: опубликованы материалы специальных слушаний по делу Зорге в Палате представителей США, еще одна книга появляется в Германии, а с 13 июня по 3 октября журнал Шпигель печатает целый цикл статей о Зорге. А в следующем году сенсационную книгу о деятельности Зорге выпустил уже сам Уиллогби.[35], после него плотину словно прорвало, и на читателей Европы, США, Японии обрушился мощный вал литературы о шпионской сети Зорге. Появились и мемуары тех, кто лично знал его: бывшего германского посла в Японии Эйгена Отта, дипломата Ганса-Отто Мейснера.[36] Вышли даже воспоминания бывших сотрудников японской тайной полиции, арестовывавших Зорге, а в 1962 году в Японии издан трехтомник материалов судебного процесса над Зорге. В нашей стране этот трехтомник не издан  по сей день  -- и вовсе не потому, что японский язык тяжел и непосилен. Ещё тогда книгу перевели для отдельно взятых товарищей, оснастив грифами секретности, кои, видимо, так и не сняты.

Но раз до 4 сентября 1964 года вокруг имени Зорге в СССР царила тишина, значит, на то были свои резоны. «Работодатели» Зорге — ГРУ, несомненно, имея полное представление обо всей этой истории, похоже, вовсе не полагали своего агента столь выдающимся, чтобы возводить его в ранг героя. Инициатива точно исходила не от них. А от кого?

Примечателен такой пассаж генерала Захарова: «К истории разведчика Зорге мне еще пришлось возвратиться. Когда по нашей инициативе Председателем КГБ было подготовлено представление (курсив мой. — В.В.) и Зорге присвоили звание Героя Советского Союза. Для нас это было делом чести, несмотря на то, что Зорге не был сотрудником нашего разведоргана — внешней разведки, а работал в Главном разведывательном управлении Генерального штаба Министерства обороны».[37] Не странно ли, что руководство одной спецслужбы вдруг выступает с инициативой отметить агента другой (да ещё и конкурирующей!)? Событие для строго иерархичной советской бюрократической системы не просто неординарное — нереальное. И ведь эти слова Захарова не получили подтверждения в воспоминаниях его прямого и непосредственного начальника — председателя КГБ Владимира Семичастного. Семичастный, возглавлявший КГБ с 1961 по 1967 годы, хотя и много чего любопытного выдал в своих мемуарах, но вот про эпопею канонизации Зорге у него вообще ни слова — запамятовал?[38] Очевидно одно: вокруг «дела Зорге» тогда развернулась неслабая кулуарная интрига.

Не могла не развернуться! Ведь были еще живы многие реальные участники событий, знавшие самые сокровенные детали «дела Зорге» в рамках своих прямых служебных обязанностей. Некоторые из них к тому времени занимали значимые посты в военной разведкек числу агентов которой и относился Зорге. Были живы и сотрудники токийской резидентуры , осуществлявшие связь с сетью Зорге. Даже по доступным открытым материалам не очень сложно догадаться: тогдашнее руководство военной разведки было совсем не в восторге от самой идеи канонизации своего провалившегося агента. Ведь масштаб содеянного Зорге и его сетью явно не тянул на заданный сверху размах канонизации. Но раз есть установка высшей инстанции, подвиги пришлось выдумывать. Итак, опорный камень всей легенды — утверждение, что Рихард Зорге сообщил в Москву точную дату начала войны.

Вот как об этом нам десятилетиями вещали классические апокрифы: «18 ноября 1940 года он предупредил Центр о готовящейся агрессии».[39] Это просто круть! — Директивы № 21 (План «Барбаросса») еще не существует в природе, Гитлер еще ничего не утвердил, а Зорге уже предупреждает?! Пророк! Вот только никаких документальных подтверждений этого пророчества нет, как нет даже намёка на подобную шифровку от Зорге ни в одной из публикаций архивных документов по его делу.

Снова заглянем в апокрифы: Зорге радирует 30 мая 1941 года «Война начнется 22 июня 1941 года».[40] И вот та самая знаменитая радиограмма, которую Зорге якобы отослал в Москву 17 июня 1941 года: «...9 армий из 150 немецких дивизий совершат нападение на советскую границу 22 июня! Рамзай».[41] Эта телеграмма есть во всех апокрифах, её цитируют учебники, на неё ссылаются апологеты легенды о разведке, которая всё знала и всё вовремя докладывала Сталину — но тот, нехороший, не поверил... Вот только никаких реальных следов существования подобной телеграммы не обнаружено. Окончательно же похоронил этот миф полковник Службы внешней разведки России Владимир Карпов. В июне 2001 года на «круглом столе» в редакции Красной звезды он так ответил на вопрос о телеграмме Зорге: «К сожалению, это фальшивка, появившаяся в хрущевские времена. Разведка не назвала точной даты, не сказали  однозначно, что война начнется 22 июня».[42]

Генерал Павел Судоплатов[43] озвучил и такую претензию к Зорге: «Поведение Зорге на следствии после его ареста японскими властями вызвало серьезное раздражение в Москве. Он нарушил главную установку советской разведки: никогда не признавать шпионажа в какой-либо форме в пользу Советского Союза».[44] Судоплатов в беседе с исследователем Фесюном категоричен: «Я читал некоторые протоколы допросов Зорге и удивлен — как он мог пойти на такие достоверные признания? Ведь что такое тюрьма для разведчика — то же поле битвы...».[45] Увы, но, как оказалось, и сам Зорге, и его радист Макс Клаузен практически сразу же после ареста сдали всё, особенно недостойно вёл себя на допросах Клаузен: «Клаузен рыдал, всячески ругал Зорге, говорил все, только чтобы спасти свою жизнь...».[46] В самом начале января 1942 года токийская резидентура НКВД, ранее понятия не имевшая ни о каком Рамзае (он же проходил по ведомству военной разведки), сообщила: некий арестованный в Токио немец Зорге дает показания о своей работе на Москву. И, согласно этим показаниям, он «в Токио поддерживал связь с советскими сотрудниками ЗАЙЦЕВЫМ и БУТКЕВИЧЕМ...». То есть, своих связников Зорге сдал! (Кстати, оценим уровень агентуры разведки НКВД, едва ли не мгновенно получившей доступ аж к материалам японской контрразведки!)

Но ведь Зорге и членов его группы, если верить легенде, жестоко пытали: «На все изуверства Зорге отвечал холодной улыбкой. Он никогда не боялся боли...». Палачи «выворачивали руки Зорге, вгоняли иглы под ногти, до хруста сжимали запястья в бамбуковых тисках. Но даже они пришли в изумление: Зорге молчал».[47] Это тоже, как оказалось, миф: ни самого Зорге, ни Макса и Анну Клаузен, ни Одзаки пыткам не подвергали — это факт, установленный еще советскими спецслужбами...

И от всей легенды остается лишь одно: пусть его сведения о немцах и не пригодились, зато его информация, что Япония не собирается нападать на СССР, якобы способствовала переброске войск с Дальнего Востока на запад в разгар битвы за Москву. Спас Москву?

Увы, но это тоже не нашло подтверждения. Достаточно прочесть опубликованные телеграммы Зорге из Токио, чтобы понять: его весьма и весьма противоречивые сводки скорее запутывали, чем способствовали принятию верного решения. К тому же Сталину — или кто там ещё оценивал информацию от Зорге — было чихать на токийские сводки, поскольку особого выбора у «вождя народов» в 1941-м  не было. Что там ни сообщали бы агенты о возможности японского нападения, но судьба державы решалась не на Дальнем Востоке. К тому же, думается, стоит верить Судоплатову, когда тот утверждал: «Зорге сообщал исключительно важные сведения, но в целом это были детали об уже известных намерениях противника... Не соответствует действительности, что мы перебросили войска с Дальнего Востока под Москву и выиграли битву под Москвой, так как ЗОРГЕ сообщил о предстоящем нападении японцев на США в октябре 1941 года. У нас были документальные данные о низких наступательных возможностях Квантунской армии; о том, что она увязла в длительной и бесперспективной войне с Китаем и не имела достаточно резервов топлива. У японцев не было современных танковых соединений».[48] В своей же книге Судоплатов выразился резче: «Трагедия Зорге состояла в том, что его героическая работа и поступающие от него сведения не использовались нашим командованием... А дивизии с Дальнего Востока перебросили под Москву... лишь потому, что у Сталина не имелось других готовых к боям резервных боевых соединений». К тому же, добавил Судоплатов, «нам удалось расшифровать переписку японского посольства в Москве с Токио, из которого следовало, что вторжение в СССР в октябре 1941 года Японией не планировалось».[49] Все, точка...

 Лубянская матрёшка

Но тогда вообще почему вдруг решили вспомнить о Зорге, да ещё именно тогда — не раньше и не позже? Версию «дачно-киношную» мы уже отбросили, поищем более основательные резоны. Вспомним ключевой сюжет легенды: миф о том, что Зорге сообщил точную дату предстоящего германского нападения, а Сталин ему не поверил. А теперь вспомним ещё раз, когда всё это было запущено в оборот: почти в канун предстоящего 20-летнего юбилея победы в войне, когда неизбежно вновь вставал вопрос о том, кто виноват в трагедии 22 июня 1941-го? И фокус внимания снова смещён в сторону Сталина. Разве лишь прием на сей раз предлагался новаторский: «А ведь наша разведка о военных приготовлениях нацистской Германии всё знала и Сталину своевременно докладывала». — И вот на стол кидается козырная карта: так Зорге же всё добыл и передал, а недалекий «вождь народов» предупреждения разведки проигнорировал, отсюда и результат… Правда, без ответа остались вопросы, отчего Сталин не верил Зорге (может, на это были основания?!), да и знал ли он вообще о нём? Но для подготовки очередного витка антисталинианы сошло и так.

Это одна матрёшка. А в ней ещё: смотрите, какая у нас славная разведка! Потому как именно тогда Лубянку сотрясла грандиозная череда провалов и скандалов именно в этой сфере. Вот их краткая хроника. 1961 год: 7 января британская контрразведка арестовала нелегала КГБ Конона Молодого (работал под легендой бизнесмена Гордона Лонсдейла), 10 марта британцы взяли агента КГБ Джорджа Блейка, в марте же прошел громкий судебный процесс над Лонсдейлом-Молодым, в мае осудили Блейка. 12 августа бежал в Западный Берлин и сдался полиции агент-ликвидатор КГБ Богдан Сташинский, награжденный орденом Красного Знамени за убийство лидеров украинских националистов Льва Ребета и Степана Бандеры. 6 ноября в ФРГ взяли агента КГБ Хайнца Фельфе, работавшего в Федеральной разведывательной службе (БНД). В ноябре же в ФРГ развертывается шумный скандал вокруг дела Сташинского, давшего показания как он  убивал Бандеру по приказу КГБ, и как  ему за это орден  вручил лично председатель КГБ Шелепин (кстати, Шелепина убрали из КГБ как раз в ноябре 1961-го). В декабре 1961-го новый провал: к американцам перебежал майор КГБ Анатолий Голицын. 1962 год оказался для разведки КГБ не менее скандальным: в феврале мировая пресса получила ещё один повод посклонять Лубянку в связи с обменом провалившегося разведчика Абеля на американского пилота Пауэрса, в марте в США с поличным взяли сотрудника КГБ Игоря Иванова, работавшего под крышей Амторга. Чекисты попытались было выменять провалившегося сотрудника на американца, которому подсунули «секретные бумаги». Но провокация провалилась с таким треском, что, как вспоминал Владимир Семичастный, Хрущев «был в гневе». В октябре 1962-го в ФРГ прошел суд над убийцей Ребета и Бандеры -  Сташинским, что вызвало на Западе очередной всплеск публикаций о происках КГБ. В январе 1963 года в СССР сбежал провалившийся агент КГБ Ким Филби, в июне осудили Хайнца Фельфе. А в сентябре 1963 года на Запад бежал ещё один офицер КГБ, Юрий Кротков. В октябре же при попытке передать секретные документы посольству США арестовали офицера КГБ Александра Черепанова. И, наконец, в феврале 1964 года к американцам перебежал офицер КГБ Юрий Носенко... Хотя в советской прессе об этих провалах не сообщалось, но в номенклатурных-то кругах такие вещи не скрыть. И, по неписанным нормам советской бюрократии, «опущенным» чекистам позарез необходимо было поправить свой имидж — хотя бы и на фронтах агитпропа. Зорге тут пришелся как нельзя кстати, потому как на совершенно иной его ведомственной принадлежности внимание тогда сознательно не акцентировали. Да и понятия не имела широкая публика, что существует ещё и военная разведка: для советских людей слово «разведчик» с 1930-х гг. было синонимом слова «чекист». Вот и вышло, что именно на Лубянке огребли дивиденды от грандиозной спецоперации «Доктор Зорге». Такой вот своеобразный вышел прощальный реверанс Хрущёва «органам».

Были и другие матрёшки. Скажем, к осени 1964-го настал час бросить кость военным, с которыми Никита Сергеевич к тому времени начисто испортил отношения: армию и флот трясло от массовых сокращений и нескончаемой кадровой чехарды. Да и от международных авантюр Хрущева маршалы и генералы были не в восторге, поскольку всегда оказывались крайними. Своеобразным Рубиконом в отношениях с военной кастой стало инициированное Лубянкой дело полковника военной разведки Олега Пеньковского, обвиненного в шпионаже в пользу англичан и американцев. «Дело Пеньковского» привело к зачистке руководства ГРУ: Ивана Серова заменили на Петра Ивашутина— тогдашнего первого заместителя председателя КГБ. Попутно из ГРУ вычистили десятки (если не сотни) тех, кого знал или мог знать «агент всех разведок». Армейская номенклатура восприняла эпизод однозначно: чекисты вновь подминают под себя военную разведку. К тому же, погромом в одном лишь ГРУ не ограничилось: под предлогом связи со «шпионом», разжаловали и уволили командующего ракетными войсками и артиллерией Сухопутных войск — главного маршала артиллерии Сергея Варенцова, проведя масштабную чистку и в его ведомстве. — Так ведь невозможно же всё время против шерсти, иногда нужно и подсластить пилюлю. Вот этой задаче, помимо прочего, и послужила канонизация Зорге: кто герой — военный разведчик! А то, что в самом ГРУ Зорге вовсе не считали выдающимся разведчиком (на то, что уже понятно, были веские основания), заслуживающим такого посмертного паблисити, Никиту Сергеевича не заботило: получите конфетку и распишитесь. Тогда же ведь вдруг вынули из забвения и пару других военных разведчиков — Яна Берзина и Льва Маневича. Особую пикантность всему придавало то, что пиарить Зорге поручили чекистам — главным конкурентам и гонителям армейцев: вы, мол, ребята, их погромили и обгадили, теперь извольте вылизать...

Были в этой многоходовке и другие «матрёшки». Так, в октябре 1964 года с невиданной помпой отметили 15 лет существования ГДР — как здесь было обойтись без «хорошего немца». Вот из загашника и выудили целую пачку таковых, Зорге — в том числе. Так или иначе, но Рихарда Зорге вытащили на свет слишком расчетливо, чтобы поверить в экспромт. Но вот плоды этой кампании пожал уже не Хрущев. А публика и по сей день твёрдо уверена, что именно Зорге предупреждал Сталина, а тот его не послушал... 


[1] Из песни «Товарищ Зорге»: слова Бориса Дворного, музыка Вано Мурадели.
[2]Известия, 1964, 4 сентября.
[3]Правда, 1964, 4 сентября.
[4]Горев, Я., Я знал Зорге, М., издательство «Правда», 1964.
[5]Известия, 1964, 4 сентября.
[6]Правда, 1964, 6 ноября.
[7]Известия, 1964, 4 сентября.
[8]Комсомольская правда, 1964, 16 сентября.
[9]
Там же.
[10] Мадер, Ю., Репортаж о докторе Зорге, Берлин, Военное издательство Германской Демократической Республики, 1988, с. 8.
[11] Красная звезда, 1964, 16 сентября.
[12] Там же.
[13] Мадер, Ю., Указ.соч., с.11.
[14] Комсомольская правда, 1964, 8, 9, 10, 25, 27 октября, 1 ноября.
[15] Фесюн, А.Г., Дело Рихарда Зорге. Неизвестные документы, М., 2000, с. 12.
[16] Алексеев, М., «Ваш Рамзай». Рихард Зорге и советская военная разведка в Китае. 1930 — 1933 гг.,  М. 2010, с. 563.
[17] Российская газета – Неделя, 2007, 13 июля //http://www.rg.ru/2007/07/13/zorge.html
[18] http://evartist.narod.ru/text16/004.htm
[19] Там же.
[20] Николай Степанович Захаров: с 1958 по 1961 гг. возглавлял 9-е управление КГБ, с 1961 по 1963 гг. — заместитель председателя КГБ, с 1963-го по 1970 гг. — первый заместитель председателя КГБ. В описываемое время Захаров генерал-лейтенант, после снятия Хрущева получил погоны генерал-полковника, в этом звании и вышел в отставку (См.: Петров Н.В., Кокурин А.И. Лубянка. Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ, 1917 — 1991. Справочник. М., 2003, с. 265.).
[21] Иван Александрович Серов: с 1954 по 1958 гг. - председатель КГБ при Совмине СССР, с 1958 г. до 2 февраля 1963 гг. заместителя начальника Генштаба — начальника Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба ВС СССР.
[22] http://biblioteka.org.ua/book.php?id=1120011407&p=6
[23] Петров Н. Первый председатель КГБ Иван Серов. М., 2005, с.351.
[24] Там же, с. 197.
[25] Тогда было не Политбюро, а Президиум ЦК КПСС.
[26] Полковник Никифор Трофимович Литовченко.
[27] Чернявский, В., Разведка: вымыслы и правда. Как создается мифотворчество о деятельности специальных служб, М., 2004, сс. 249-250.
[28] См.: Захаров, Н., Сквозь годы, М., 2003.
[29] Беседа автора с полковником в отставке Б. Тумановым.
[30] Голяков, С.` Ильинский, М., Рихард Зорге. Подвиг и трагедия разведчика, М., 2001, сс. 3-4.
[31]  См.: Хрущев Н.С. Время. Люди. Власть. (Воспоминания в 4-х кн.). М., 1999.
[32] Чудеса и приключения, 1995, № 1;  http://www.cosmoworld.ru/spaceencyclopedia/gagarin/index.shtml?bl9.html
[33] Захаров, Н., Сквозь годы, М., 2003, сс. 163-164.
[34] Kordt, Erich,Nicht aus den Akten, Stuttgart, 1950.
[35] Willoughby, C. A., Shanghai Conspiracy, New York, 1952.
[36] Meissner, H-O., The Man With three Faces, New York, 1955.
[37] Захаров, Н., Сквозь годы, М., 2003, с. 164.
[38] См.: Семичастный, В., Беспокойное сердце, М., 2002.
[39] Колесников, М., Таким был Рихард Зорге, М., Воениздат, 1965, с. 165.
[40] Там же, с. 169.
[41] Там же, с. 171.
[42] Красная звезда, 2001, 16 июня; http://www.redstar.ru/2001/06/16_06/4_01.html
[43] Судоплатов Павел Анатольевич — в 1941 г. заместитель начальника 1 управления НКВД — НКГБ СССР, начальник особой группы при наркоме внутренних дел; в 1941-1942 гг. - начальник 2 отдела НКВД; в 1942-1943 гг. - начальник 4 управления НКВД; в 1943-1946 — начальник 4 управления НКГБ-МГБ и начальник особого бюро НКВД-МГБ (проведение актов индивидуального террора); в 1946-1950 гг. - начальник службы «ДР» МГБ; 1950-1953 гг. - начальник бюро № 1 МГБ; в 1953 г. - заместитель начальника 1 главного управления МВД, начальник 9 отдела МВД, начальник отдела 2 главного управления МВД (См.: Петров, Н.В., Кто руководил органами госбезопасности, 1941-1945. Справочник. М., 2010, с. 825).
[44] Судоплатов, П., Разведка и Кремль. Записки нежелательного свидетеля, М., 1996, с. 167.
[45] Фесюн, А.Г., Дело Рихарда Зорге. Неизвестные документы,М., 2000, с. 22.
[46] Там же, с. 21.
[47] Колесников, М., Таким был Рихард Зоре, М., 1965, с. 191.
[48] Фесюн, А.Г., Указ. соч., с. 137.
[49] Судоплатов, П., Разведка и Кремль, с. 167.

 

Print version
EMAIL
previous СОВЕТСКИЕ ГЕРОИ ПЕРВОЙ ВОЛНЫ – МАЗОХИСТСКИЕ АНТИДИССИДЕНТЫ |
Томаш Гланц
РАДИСТКА КЭТ ЭПОХИ РАЗВИТОГО КАПИТАЛИЗМА |
Ондржей Соукуп
next
ARCHIVE
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.