ISSUE 3-2004
INTERVIEW
Александр Куранов Tomas Urbanec Александр Куранов
STUDIES
Василий Симаков
RUSSIA AND THE CAUCASUS
Сергей Маркедонов
OUR ANALYSES
Oleksandr Sushko
REVIEW
Павел Витек
APROPOS


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
INTERVIEW
МАЛЕНЬКИЕ ПЕНСИИ ДЛЯ МОЛОДЫХ ПЕНСИОНЕРОВ
By Александр Куранов | журналист, Российская Федерация | Issue 3, 2004

     О становлении в России новой пенсионной системы рассказывает Олег Ордин - ведущий аналитик Московского института финансовых исследований Академии наук РФ, активный участник создания проекта пенсионной реформы в РФ

     Если мне не изменяет память, Олег Валентинович, то широкая общественная дискуссия о кардинальном реформировании пенсионной системы в России, в том числе, с участием ведущих политиков страны, ведется не менее десятилетия. Но буквально каждый месяц вновь и вновь слышны заявления о том, что надо что-то изменить, доработать, учесть… Причем часто оживление в этой дискуссии возникает в канун неких важных для Кремля событий, прежде всего, выборов национального масштаба. На каком же, все-таки, этапе находится сейчас эта реформа?

     Дебаты о пенсионной реформе начались в России еще в 1995 году и были вызваны, прежде всего, неблагоприятной демографической ситуацией в стране. Удельный вес пенсионеров рос значительными темпами, а число работоспособных людей, наоборот, резко снижалось. Этот процесс фактически без изменений продолжается и до сих пор. Впрочем, это проблема не чисто российская, она затрагивает практически все цивилизованные страны.

     Мирового опыта успешного реформирования пенсионных систем почти нет. Это вызвано тем, что всерьез политики и специалисты задумались об этом лишь около 10-15 лет назад. Пионерами можно в этом смысле назвать чилийцев, реформировавших пенсионную систему еще в 1980 году. С тех пор их опыт считается очень успешным, отчасти и потому, что иного почти нет. Но многие страны стремятся равняться именно по Чили.

     Суть реформы заключается в том, чтобы перейти от распределительной пенсионной системы, когда пенсии выплачиваются из текущих поступлений от взносов работающих поколений, на накопительную, т.е. чтобы люди регулярно перечисляли определенные средства на накопительные счета. Те, в свою очередь, инвестировались бы в различные проекты на фондовом рынке или в иных сферах, но это вопрос уже вторичный.

     Такая система позволяла бы не зависеть от демографической ситуации и больше соответствовала бы условиям капиталистического хозяйствования, когда каждый человек сам ответственен за свое будущее: сколько денег ты накопил, столько и получаешь, когда прекращаешь активную профессиональную деятельность.

     Естественно, речь идет о некоем длительном периоде накопления. Ведь за последние 10-15 лет работы человеку трудно накопить достаточные средства для нормальной жизни в пенсионном возрасте.

     Путем слепого копирования зарубежного опыта идти в реформировании пенсий весьма трудно – уж слишком он разный, и создан всегда, исходя из внутринациональных особенностей. Например, та же чилийская модель носит весьма радикальный характер. Государство гарантирует лишь самый минимум, главный акцент делается именно на личные накопления. По такому же пути пошел в 1990-е годы Казахстан, где в 2030 году практически полностью прекратится выплата распределительных пенсий и останется лишь накопительная форма. Государство оставляет за собой право гарантировать лишь некий, очень низкий минимум поддержки пенсионеров.

     Вряд ли столь радикальный вариант приемлем для России?

     Столь суровая форма выплаты пенсий по многим причинам, прежде всего, политическим, не может быть принята не только в России, но и в очень многих других странах. Здесь пытаются ввести некий комбинированный вариант. Конкретно Россия в своей реформе весьма близка к т.н. шведской модели.

     В 1995 году впервые в России на высоком уровне был поставлен вопрос о реформе пенсионной системы. Были приняты основные направления, к 1998 году было разработано законодательство, которое летом того же года должны были утвердить в двухуровневом варианте – т.е. при сохранении отчасти распределительной системы и создании накопительной. Предполагалось, что около 10% средств от зарплаты должны поступать в накопительную систему. Но дефолт августа 1998 года на всех замыслах надолго поставил крест.

     Лишь в 2001 году политики вновь обеспокоились реформированием пенсионной системы. В течение года было разработано новое законодательство, принятое быстро и почти без корректив. С 1 января 2002 года в России уже фактически действует новая система.

     Эта система предполагает уже трехуровневую пенсию. Первый уровень – это базовая пенсия, которая выплачивается абсолютно всем гражданам, достигшим пенсионного возраста и удовлетворяющим ряду иных критериев, позволяющих получать пенсию. Сейчас данная сумма составляет 660 рублей при минимальном стаже работы 5 лет. Второй уровень пенсии ставится в соответствие с размером трудового стажа и заработной платы. Причем, в отличие от старой системы, здесь даже не устанавливается потолок размера пенсий. А третий уровень – это уже чисто накопительный вариант. Отчисляемые от зарплаты средства поступают в Пенсионный фонд, тот передает их в одну из управляющих компаний или сразу перечисляет на счета в негосударственные накопительные фонды, а те инвестируют их на фондовом рынке, а по достижении гражданином N пенсионного возраста ему из накопленной таким образом суммы и выплачивается третья часть положенной пенсии.

     Эта система была запущена в России в действие в 2002 году и практически копирует упомянутую шведскую модель.

     Естественно, новая система с самого начала реализации сопровождается немалыми трудностями. Чтобы накапливать средства, прежде всего, необходимы сами эти средства. А возможностей для этого у нас получается пока очень мало. Кстати, с подобной проблемой сейчас столкнулся и Казахстан, где реформа началась еще в январе 1998 года. И в России, и в Казахстане деньги от населения приходят на рынок, но инвестировать их, честно говоря, попросту некуда.

     Если мы посмотрим принятое законодательство, в частности, закон об инвестиционных накоплениях, где прописаны все разрешенные инструменты – государственные и муниципальные облигации, облигации и акции предприятий, инвестиции на зарубежных рынках, в частности, в индексные фонды, надо упомянуть еще ипотечные кредиты. Когда ко всему этому доходит в реальности, инвестиционные компании должны постоянно оглядываться на многочисленные инструкции министерства финансов России, которые возводят на данном пути множество всевозможных ограничений. В результате круг возможностей для инвестиций очень сильно сужается.

     Пока объем задействованных в накопительной системе средств относительно небольшой (через управляющие компании) – немногим более 50 миллиардов рублей. Еще 75 миллиардов рублей находятся в Пенсионном фонде – это деньги, полученные от взносов в 2003 году. Пенсионный фонд около полутора лет держит полученные средства у себя на счетах. Он покупает некие государственные ценные бумаги, но процесс этот существует еще в весьма и весьма неотлаженном виде.

     Почему целых полтора года деньги лежат в Пенсионном фонде?

     Дело в том, что они переводятся в управляющие компании лишь один раз в год. Весь этот период идет сложная бюрократическая канитель по сбору самых разнообразных данных. Конечно, и сам Пенсионный фонд заинтересован в максимально длительном пребывании средств в его ведении. Когда готовилось новое законодательство, этот фонд очень и очень сильно лоббировал свои интересы и, как видим, действительно добился в этом успеха.

     Напрямую передать свои деньги в управляющие компании человек не может. Он обязан действовать либо через государственный Пенсионный фонд, либо через негосударственные пенсионные фонды (т.н. ПИФы), которых насчитывается около пятидесяти. Последние лишь с января 2004 года допущены к работе с обязательным пенсионным страхованием. Но и здесь сразу начались многочисленные бюрократические проволочки.

     Недавно все негосударственные ПИФы прошли серьезные проверки, поскольку население России, наученное горьким опытом вложения средств в разнообразные банки, фонды и трасты в течение 1990-х годов, очень настороженно восприняло и методы действия новой пенсионной реформы.

     Но бюрократия по-прежнему берет свое. То не хватает каких-то бланков. То мешают проблемы с налогообложением, которое очень неясно выписано в соответствующем законодательстве.

     Ну, и конечно, в России – в частности, в силу вышеназванных мною причин – очень пассивное население. Например, по итогам прошлого года только 2% участников накопительной системы подали заявления о переводе средств в частные управляющие компании.

     Да люди сейчас попросту не верят никаким банкам, фондам, накопительным системам и, тем более, частным учреждениям, и не хотят доверять им деньги. События этого года лишь подтверждают опасения населения: уже у нескольких весьма крупных банков отобрали лицензии на деятельность, в июле ни с того, ни с сего вовсю разгорелся банковский кризис и в больших проблемах оказался даже солидный Альфа-банк.

     Да, за деятельностью тех учреждений, которые должны работать с деньгами населения, в частности, в рамках пенсионного накопления и обеспечения, ныне установлен очень строгий государственный надзор. Но он одновременно ведет и к чисто бюрократическим проволочкам, в результате чего получается своего рода замкнутый круг.

     По-прежнему существуют некоторые неясности с законодательством, в частности, с наследованием накопляемых людьми старшего возраста средств. Пока человек не вышел на пенсию, если с ним что-то случилось, то накопленные им средства могут быть переданы законным наследникам. Но как только он оказывается уже на пенсии и начинает получать ее – случись с ним что-то – и наследники уже ничего из его средств не получат, хотя накопиться может весьма солидная сумма.

     Опыт других развитых стран свидетельствует зачастую об ином подходе к решению этой проблемы. Например, в США многие женщины вообще в течение всей своей жизни нигде, кроме своей семьи, своего дома, не заняты профессионально. И таким образом, они не могут претендовать на какую-либо пенсию по старости и живут за счет пенсии супруга. Но вот если что-либо случится с супругом, тогда жене выделяется ставка пенсии в размере 50% от пенсии умершего мужа. Но структура рынка труда в каждой стране имеет свои особенности.

     Накопительные пенсионные фонды имеют, кроме прочего, такое положительное свойство, что служат в качестве своеобразных страховых запасов. Ведь одна из особенностей россиян заключается в том, что мало кто из них копит деньги «на черный день», мало кто имеет ту самую пресловутую «кубышку», в которой якобы у нас десятки миллионов человек держат свои сбережения. На самом деле большинство людей живет по иному принципу – «от получки до получки», а ветераны – «от пенсии до пенсии». И, может быть, создание новых пенсионных накопительных структур помогло бы многим россиянам сберегать деньги на старость, чтобы та не стала чересчур бедной и горькой, каковой является у многих сейчас.

     В любом случае, та система, которая существовала в РФ до 2002 года, была нежизнеспособной и продолжать ее не имело никакого смысла.

     Почему именно в 2001 году все так быстро было решено и сделано по данной реформе?

     Специалисты определили, что до 2010 года у нас появится т.н. «демографическое окно», т.е. весьма многочисленное поколение людей, родившихся в 1970-е годы, сейчас выходит на рынок труда. И ситуация отчасти станет более благоприятной, возрастет число работающих россиян.

     Хотя, с другой стороны, никаких больших «бумов», связанных с большой рождаемостью, о которых нередко у нас говорят, вспоминая, в частности, послевоенный период, в России никогда по существу и не было. Вот в США, например, в 1950-е годы на одну женщину приходилось в среднем 7 детей – вот это, я понимаю, бум. А у нас чуть цифра поднималась иногда до 1,5 ребенка на одну женщину – и сразу начинают говорить о «бэби-буме».

     К тому же у нас весьма высока смертность. И от того большого числа родившихся в конце 1940-х годов детей сейчас практически мало что осталось, в первую очередь, это касается мужчин: ведь они в РФ доживают, в среднем, до 57-58 лет, то есть, даже не дотягивают до пенсионного возраста. Здесь сказываются и нелегкие условия бытовой жизни и работы, низкокачественное питание, плохое медицинское обслуживание, очень плохая экологическая ситуация во многих районах страны, отсутствие возможностей для полноценного отдыха и увлечений, курение, пристрастие к спиртному и – во многом, как следствие всего этого – постоянный стресс и дома, и на работе.

     О нашей пенсионной системе можно говорить как о весьма либеральной. С одной стороны, как я уже сказал, многие мужчины до пенсии не доживают. С другой стороны, выход на пенсию для женщин в возрасте 55 лет – это нонсенс. Такого низкого показателя не встретишь в мире, пожалуй, нигде. В тех же США и для мужчин, и для женщин пенсионный возраст – 65 лет. При особых обстоятельствах человек может выйти на пенсию на пару лет раньше, но будет получать ее в весьма урезанном виде. А в России, к тому же, существует еще множество категорий льготников, для которых нижняя планка выхода на пенсию зачастую падает далеко под 50 лет.

     Потихоньку начинают повышать советские показатели 55/60 в некоторых странах СНГ, например, на Украине. Причем это не будет происходить кардинальными темпами, со дня на день и сразу на несколько лет. Нет, повышения на месяц-два в год – вот нормальные темпы для реформирования возрастных критериев пенсионного обеспечения. Все понимают, что подобные преобразования необходимы и для России, где 40 миллионов пенсионеров на 143 миллиона населения. Но политического решения по этому поводу – по самым разным, всем понятным причинам – пока нет.

     Многие общественные деятели в России, прежде всего, представители оппозиции, заявляют о необходимости постепенно, но более скорыми, чем сейчас, темпами повышать размеры существующих пенсий, не дожидаясь будущих преобразований в этой системе.

     Но у нас соотношение бюджета Пенсионного фонда с валовым внутренним продуктом уже теперь составляет целых 6%. Правда, в Польше порой доходило до 15%. Но для России эта величина весьма и весьма велика. Бюджет ПФ всего в два раза меньше федерального бюджета РФ. И для дальнейшего увеличения пенсий пока просто нет средств и возможностей.

     В последние годы реформы пенсионных систем активно проходили в постсоциалистических странах Центральной Европы. Уже завершены они, например, в Польше и Венгрии. В развитых странах Запада данный вопрос не стоит так остро, как в нашем регионе мира, потому, в частности, что уже изначально государственная система пенсионного обеспечения была весьма скромной. Люди в капиталистических странах всегда больше полагались на собственные накопления и на негосударственные фонды. Но и в западных государствах в связи с продолжающейся ухудшаться демографической ситуацией политики м финансисты вынуждены задумываться о модернизации пенсионных систем. В Германии, где в 1889 году впервые в мире была создана пенсионная система, и которая до последнего времени была страной с очень и очень сильной социальной защитой населения, в этом году решились даже на уменьшение размеров пенсий.

     В России работа над совершенствованием пенсионной системы продолжается. Если поначалу, например, предполагалось, что в новую пенсионную систему будут попадать все мужчины, родившиеся после 1952 года, и женщины, родившиеся после 1956 года, то недавно было принято решение о том, что в новой системе будут участвовать только те мужчины и женщины, которые родились после 1967 года. А промежуточная категория населения (1952-1967 гг. рождения) отправлена в старую систему.

     В связи с этим возник вопрос о том, что делать с теми отчислениями, которые люди указанной категории (1952-1967 гг) уже сделали в накопительные фонды? Пока это действительно нерешаемый вопрос. Средства ими перечислены небольшие, управлять ими, «возиться с копейками» никакая из больших компаний не желает. А если возвращать – то как, ведь эти средства были уплачены в рамках единого социального налога? И если не возвращать – то как учитывать впоследствии при начислении пенсий, ведь они дадут очень малые прибавки?! Подсчитаем для примера: человек отчислял в течение двух лет по 200 рублей в месяц, у него набежало около 5 тысяч рублей. Для него эти средства весьма немалые. Но как их вычленить, каким образом вернуть, а если хранить – то где, как, в каком виде: ведь до ухода на пенсию некоторым из начавших выплаты людям остается почти четверть века! Словом, вопросов масса, а ответов – ни одного. И это тоже влияет на темпы пенсионной реформы, на ее развитие и – в немаловажной степени – на доверие к ней со стороны населения.

Print version
EMAIL
previous OSCE' S VIEW ON THE SITUATION IN THE REPUBLIC OF MOLDOVA |
Tomas Urbanec
РУССКОЕ ПРАВОСЛАВИЕ И АНТИСЕМИТИЗМ |
Василий Симаков
next
ARCHIVE
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.