ISSUE 2-2004
INTERVIEW
Александр Куранов
STUDIES
Юрий Шевцов Захар Шибеко Денис Киселев
RUSSIA AND JEWISH WORLD
Александр Куранов Григорий Ласкин Laurent Rucker
OUR ANALYSES
Павел Вензера  & Ярослав Шимов
REVIEW
Петр Вагнер
APROPOS
Victor Kogan-Yasnyj


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
STUDIES
”ПРЕДПРИНИМАЕМЫЕ В БЕЛАРУСИ ПОПЫТКИ СФОРМУЛИРОВАТЬ ДЕМОКРАТИЮ В КОНТЕКСТЕ ДУХОВНОСТИ И МОРАЛИ МОГУТ ПРИВЕСТИ К ВОЗНИКНОВЕНИЮ ЕЩЕ ОДНОЙ
МОДЕЛИ ДЕМОКРАТИИ.”
By Юрий Шевцов | Европейский гуманитарный университет, Беларусь | Issue 2, 2004

Юрий Шевцов беседует для Русского вопроса с учёным секретарьем Института социально-политических исследований при Администрации Президента Республики Беларусь доктором философских наук профессором Л. Е. Криштаповичом.

     От редакции. Вопросы, аналогичные тем, на которые ответил проф. Л.Криштапович, были заданы редакцией нашего издания также одному из лидеров белорусской оппозиции В. Вячорке. Целью обоих интервью должно было стать изложение представителями как проправительственных кругов, так и оппозиции их взглядов по проблемам истории Беларуси, современной политической ситуации и особенностям формирования национальной идентичности белорусского народа. К сожалению, г-н Вячорка, несмотря на то, что список вопросов был направлен ему задолго до выхода в свет этого номера «РВ», видимо, не нашел времени на то, чтобы ответить на них. Редакция считает нужным сообщить читателям об этом обстоятельстве – чтобы у них не сложилось неверного впечатления об односторонности нашей позиции.

Господин профессор, перед этим интервью мы ознакомились с подготовленными Вами в прошлом году методическими материалами на тему «Идеология белорусского государства». Если мы правильно понимаем, Вы настаиваете на том, что любое государство имеет свою идеологию. Существует ли, на Ваш взгляд, разница между понятиями «идеология государства» и «идеология правящего режима»? Вправе ли политический режим, даже пользующийся значительной популярностью, говорить от имени всего общества?

     Разумеется, между понятиями «идеология государства» и «идеология правящего режима» есть разница. Государство представляет собой определенную цивилизационную, этническую, социальную, культурную общность, т.е. всеобщую волю данного национального организма. В этом смысле идеология государства тождественна идеологии народа с присущими ему социально-политическими и нравственными принципами и установками, которые сформировались на протяжении его исторического развития. Эти принципы и установки как бы зафиксированы в генетическом коде данной нации, в ее самосознании. Именно в этом плане мы и ведем речь об идеологии белорусского государства. «Идеология правящего режима», если этот режим не навязан народу помимо его воли, призвана лишь теоретически и политически представить «идеологию государства» (идеологию народа) общественному сознанию и реализовывать данную идеологию в своей социально-политической деятельности. Не исключен вариант, когда «идеология правящего режима» входит в противоречие с «идеологией государства» (идеологией народа). Как это было, к примеру, в Беларуси в период 1990-1994 гг., когда «идеология БНФ» навязывалась белорусскому народу в качестве «идеологии белорусского государства». Наш народ не принял этой идеологии, поскольку она абсолютно расходилась с белорусским национальным характером.
     Политический режим вправе говорить от имени общества, если этот режим демократический, т.е. не только избран народом, но и на практике выражает интересы народа (большинства). Принцип демократии – это принцип большинства. Демократическая власть обязана защищать, отстаивать общий интерес, а не сосредотачиваться только на защите частного интереса. В противоположном случае мы имеем дело с антидемократическим политическим режимом, который охраняет права меньшинства и игнорирует права большинства.

Может ли идеология, какой бы она ни была, способствовать выработке хотя бы в какой-то степени объективного мировоззрения, не быть предвзятой? Или именно в предвзятости, четкости воззрений, разделении политических субъектов на «мы – они», «правильно – ошибочно» и есть сила идеологии?

     Сложность феномена идеологии заключается в том, что она напрямую завязана на интересы людей. А интересы людей могут быть справедливые и несправедливые. Как правило, те социальные группы, которые ориентируются на то, чтобы жить за счет других, считают идеологию субъективным, фальшивым образованием. Хотя каждый человек хочет, чтобы к нему относились хорошо, часто бывает так, что мы к другим людям относимся плохо. Идеология как раз и требует равных и справедливых отношений между людьми, народами, странами. В этом и заключается ее объективность, которая пробивает себе дорогу через субъективный эгоизм как отдельных людей, так и определенных правительств. Кстати, в Декларации тысячелетия ООН именно излагается идеология ценностей и принципов «справедливости и равенства на глобальном уровне», которой и должны руководствоваться правительства в своей реальной политике. Эта идеология и является объективным мировоззрением мирового сообщества.

Вы полагаете, что западная либеральная демократия неприемлема для Белоруссии, т.к. не соответствует ее историческим традициям и общественному укладу. Как, по Вашему мнению, могло бы выглядеть – в идеале – то общество, которое возникнет в Белоруссии в том случае, если там удастся реализовать основные положения идеологии, над разработкой которой Вы работаете? В чем конкретно будут основные отличия такого общества от западной демократии – на политическом, экономическом, социальном уровне?

     Проблема в том, что сегодня ни одну из форм демократии нельзя рассматривать в качестве универсальной. В том числе и западную форму демократии. То, что в какой-то степени сегодня является демократическим на Западе, в Беларуси, как и в других постсоветских республиках, будет антидемократическим, олигархическим. Попытки США силой навязать свое понимание демократии другим странам нереализуемы именно по причине отсутствия тех условий демократии (4/5 общего природного достояния человечества западные страны потребляют бесплатно), которые имеются сегодня на Западе. Тем более, что демократия предполагает согласие народа, а когда ее называют военной силой, то это насилие, ничего общего не имеющее с демократией. Предпринимаемые в Беларуси попытки сформулировать демократию в контексте духовности и морали могут привести к возникновению еще одной модели демократии. В политическом плане белорусская модель демократии в отличие от западной означает охрану прав большинства, а не только меньшинства. В экономическом – равенство доступа для всех граждан к производственным и финансовым возможностям, не просто рыночная, а трудовая экономика. Рыночная экономика по существу своему антидемократична, поскольку руководствуется правилом «одна акция – один голос». Трудовая экономика – демократична, так как исходит из принципа «один человек – один голос». В социальном – уважение к национальным ценностям и защиты стариков как следствие общего желания всех людей дожить до старости. Ведь все мы (молодые) хотим дожить до старости, поэтому мы должны с почтением относиться к старикам. В этом и выражается историческая связь поколений в нашей модели демократии.

В уже упомянутом методическом материале Вы пишете: «Наше гражданское общество опирается на недавно избранные Советы депутатов, профсоюзы и молодежную мощную организацию и ее союзников. Вот три основные опоры нашего общества, которые призваны обеспечить связь народа с органами власти, вовлекая граждан в активное государственное строительство вместе с другими участниками политического процесса и осуществляя контроль за теми структурами власти, которые имеют много этой власти и распоряжаются материальными ресурсами». Есть ли в такой системе место политическим партиям? Какова вообще, по Вашему мнению, должна быть роль политических партий в политической системе РБ?

     Безусловно, в формировании гражданского общества в Беларуси должны принимать участие и политические партии. Я бы сказал, что они должны играть решающую роль, должны быть основой всей политической системы Беларуси. В чем здесь проблема? Во-первых, сегодня налицо кризис политических партий в западном мире. Население западных стран фактически не доверяет своим политическим партиям. Выборы в Европарламент доказали это. Кризис этот обусловлен очевидным креном политической деятельности в сторону рынка, когда главную роль играют не идеи, а деньги. Избиратели видят это явление, отсюда их партийный абсентеизм. Во-вторых, нельзя экстраполировать политические вывески Западной Европы на белорусскую почву. Так называемая социал-демократия, гражданская партия, либеральная партия, консервативная партия и т.п. это не партии, а заимствованные западные партийные ярлыки, ничего общего не имеющие с реальным политическим процессом в Беларуси. Гражданское общество и политическую систему на ярлыках не построишь. Какие партии в Беларуси будут реальными политическими партиями – это еще дело будущего. Вот в каком смысле я и вел речь, что строительство гражданского общества в Беларуси пока может реально опираться не на искусственные НПО и партии, а на реальные социально-политические институты белорусского общества: Советы, профсоюзы, молодежные организации, ветеранские организации и другие.

Почему, как Вы думаете, у президента Лукашенко нет своей партии – или структуры, подобной партии, которая обеспечивала бы политическую и идеологическую поддержку президентского курса?

     Именно потому, что в настоящее время партии во всех странах находятся в кризисе, у Лукашенко и нет своей партии. Создавать сейчас свою президентскую партию – это значит становиться на дорогу кризиса. В данный момент незачем создавать партию, которая пока еще не востребована обществом. Но в перспективе успех политического курса Президента А.Г.Лукашенко во многом зависит от партийного фактора. Правда, последнее обусловлено не столько внутриполитическими, сколько международными обстоятельствами.

Какие объективные критерии развития белорусского общества приводят Вас к мысли о том, что курс президента Лукашенко – единственно верный для современной РБ?

     В данном случае все познается в сравнении. После развала СССР Беларусь оказалась в наиболее сложном экономическом положении, поскольку наша экономика была союзной, т.е. работала на союзный рынок. И тем не менее благодаря политическому курсу Президента А.Г.Лукашенко Беларусь находится в более лучших условиях, чем, к примеру, все остальные постсоветские республики: Украина, Молдова, Грузия, Узбекистан и даже Прибалтика, хотя все они экономически были в более выигрышном положении, чем Беларусь. В Прибалтийских республиках относительное благополучие обусловлено за счет чисто военно-экономической поддержки Запада правящих режимов, проводящих сугубо антироссийскую политику как внутри страны (против русскоязычного населения), так и на международной арене. Такая политика – конфронтационна, антиисторична и она не имеет реальных перспектив. Пот почему в нынешних условиях политический курс Президента А.Г.Лукашенко объективно правилен.

Трудно отрицать успехи Белоруссии в области социальной политики, в борьбе с нищетой – в сравнении, например, с Украиной или многими областями России. Однако существуют различные интерпретации этого положения. Сторонники курса нынешних белорусских властей полагают, что президенту Лукашенко и правительству РБ удалось избрать верную стратегию реформ. Либеральные критики в самой Белоруссии и за ее пределами, напротив, утверждают, что настоящие реформы в РБ еще не начинались, а потому главные трудности ждут страну впереди. Каким Вам представляется наиболее вероятный сценарий социального и политического развития Вашей страны в ближайшие годы?

     Дело не в том, что в Беларуси не проводятся реформы, как утверждают критики Президента А.Г.Лукашенко. Проблема в том, что в Беларуси реформы стремятся проводить исходя из интересов народа, а не по западным рекомендациям, как на этом настаивают критики президентского курса. Вот в чем различие. Каков вероятный сценарий развития Беларуси в ближайшие годы? На мой взгляд, сохранится определенный статус кво. Политические силы (национальные и прозападные) уже определились, четко заняли свои позиции, международная ситуация в ближайшие годы вряд ли существенно изменится – следовательно, мы будем находиться примерно на той же экономической и геополитической орбите, на которой находимся и ныне.

Где, по Вашему мнению, лежат исторические корни белорусской государственности? Каким образом, по-Вашему, повлиял исторический опыт пребывания в составе столь разных государств, как Великое княжество Литовское, Российская империя и СССР, на формирование национальной идентичности белорусов?

     В какой-то степени ответ содержится в Вашем вопросе. Корни белорусской государственности лежат в истории народа. Есть правило: нельзя вкладывать в сознание народа того, чего сам народ не находит в своей истории. Если посмотреть с этой точки зрения на нашу историю, то мы должны будем признать, что исторически, культурно, религиозно, пространственно и хронологически белорусы и Беларусь входили в состав, были частью единой цивилизации – цивилизации восточнославянской, общерусской. Отсюда и все наши корни: широта души, открытость характера, невоинственность (принадлежность к большому пространству не требовала агрессивности), ироническое отношение к своим достоинствам и недостаткам (популярные анекдоты о белорусской толерантности).

Вы пишете о большом влиянии православных братств на формирование духа, морали и идентичности белорусов. Не кажется ли Вам при этом странным, что в 16-18-м веках значительная часть белорусского населения неоднократно меняла религиозную конфессию, переходя из православия в униатство, затем в католицизм и обратно в православие? Каковы, как Вы считаете, корни этого феномена?

     Здесь большая путаница. В тот период (16-18 века) меняли вероисповедание не простые верующие (крестьяне), а их патроны (паны, шляхта, церковные иерархи). В тот период считалось, чья власть, того и вера. Поскольку привилегированное сословие (шляхта) окатоличилось, ополячилось или переходило в униатство, то оно заставляло и своих подданных (крестьян) принимать их веру, навязывало им своих священников (ксендзов или униатских попов). Поэтому когда говорят, что в 18 веке 80% белорусов было униатами, то это относится не столько к белорусским крестьянам, сколько к их землевладельцам. Крестьяне как были раньше, так и в 18 веке оставались верными вере своих предков, т.е. православию. Не случайно переход из унии в православие для белорусов не вызывал затруднений, поскольку все дело свелось к формальному переводу священников из унии в православие. Протесты отдельных священников-униатов против ликвидации унии не выходили за рамки обыкновенной чиновничьейфронды. И об унии в народном самосознании не осталось даже маломальского воспоминания.

Вы являетесь сторонником тесного союза Белоруссии и России. Видите ли Вы, тем не менее, какие-либо различия в национальной идентичности белорусов и русских? Почему, по Вашему мнению, в последние годы явно пробуксовывает российско-белорусское сотрудничество – по крайней мере, на политическом уровне?

     Белорусы и русские – два народа. Но это народы-братья. Имея языковые и какие-то второстепенные различия (географические, психологические, эмоциональные), они, тем не менее, представляют собой единую этнокультурную и цивилизационную общность. Этого никогда не следует забывать. Парадокс в том, что в каком-то смысле есть основание утверждать, что белорус является более русским человеком, чем великоросс. Обусловлено это спецификой исторического развития Беларуси, когда от белорусов требовалось большее напряжение сил и ума в защите русских начал жизни от посягательств чужеземцев (крестоносцы, иезуиты, польские магнаты). Не случайно белорусы более негативно отнеслись к разрушению СССР, чем великороссы.
     Пробуксовка российско-белорусского объединения обусловлена масштабами разрушения СССР. Разрушение СССР – это геополитическая катастрофа ХХ века, но катастрофа не естественная, закономерная, а сознательно спланированная и осуществленная. Поэтому преодоление катастрофических последствий гораздо более трудное предприятие, чем преодоление традиционного социально-экономического кризиса. Тем более, что в России имеются достаточно влиятельные прозападные экономические силы (олигархи), которые явно не хотят российско-белорусского объединения, по той причине, что такое объединение объективно усилит государственность обеих республик и ограничит разграбление национального достояния наших народов.

Print version
EMAIL
previous ЛЮДЬМИ С РАБСКОЙ ПСИХОЛОГИЕЙ ЛЕГЧЕ УПРАВЛЯТЬ |
Александр Куранов
НОВАЯ И НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ БЕЛАРУСИ: ВАЖНЕЙШИЕ СОБЫТИЯ И ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ |
Захар Шибеко
next
ARCHIVE
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.