ISSUE 2-2004
INTERVIEW
Александр Куранов
STUDIES
Юрий Шевцов Захар Шибеко Денис Киселев
RUSSIA AND JEWISH WORLD
Александр Куранов Григорий Ласкин Laurent Rucker
OUR ANALYSES
Павел Вензера  & Ярослав Шимов
REVIEW
Петр Вагнер
APROPOS
Victor Kogan-Yasnyj


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
STUDIES
НОВАЯ И НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ БЕЛАРУСИ: ВАЖНЕЙШИЕ СОБЫТИЯ И ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ
By Захар Шибеко | историк, Беларусь | Issue 2, 2004

     В истории Беларуси за 210 последних лет – с того момента, когда прекратила свое существование Речь Посполитая, - мною выделено девять периодов. При этом конечные даты определялись не столько в зависимости от конкретных событий, сколько в силу доминирования в промежутке между ними определенной тенденции в формировании современной белорусской нации.

І. Период польского доминирования и литовско-белорусского регионализма (1795—1830)
     Оказавшаяся в составе Российской империи местная элита жила на руинах разрушенной Речи Посполитой и ее составной части – Великого Княжества Литовского (ВКЛ), ядро которого составляли белорусские земли. Для большей части шляхетского сословия разрыв с прошлым воспринимался как действительная катастрофа. Для них это был настоящий шок.
     Первой реакцей элиты было стремление восстановить разрушенный дом, во всяком случае, укрепить его. Началась интенсивная полонизация белорусских земель. Инструментом такого «отгораживания» от России выступала система образования во главе с Виленским университетом, открытым в 1801 г. на основе бывшей иезуитской академии. Преемники Екатерины ІІ отказались от ее политики русификации и даже потакали шляхте в целях стабилизации положения на вновь приобретенных землях - да и потому, что сами некоторое время считали эти земли польскими. В 1811 г. между белорусскими магнатами во главе с князем Михаилом Огинским и Александром І велись переговоры о восстановлении в составе Российской империи Великого Княжества Литовского, да помешала война России с наполеоновской Францией.
     Возобновление существования ВКЛ всё же произошло, правда, уже по инициативе французского императора Наполеона, который в 1812 г. захватил белорусские земли. Что же касается надежд шляхты на возвращение бывших «золотых вольностей» под покровительством Франции, то они не оправдались. Наполеон одно время планировал завершить свой поход в Витебске и дать литовским и белорусским землям конституцию по французскому образцу. Только в таком случае наполеоновское вторжение могло бы повлиять на судьбу белорусского народа. Но история судила иначе.
     На фоне полонизации, продолжавшейся и после 1812 г., отдельные униатские священники, преподаватели Виленского университета (Михаил Бобровский, Игнат Данилович) и члены виленских студенческих обществ (Томаш Зан, Ян Чечет, Адам Мицкевич) все же не отождествляли себя как литвинов, т.е. жителей бывшего ВКЛ, с поляками. Шляхетское сословие и под владычеством России сохраняло свой регионализм, заложенный веками пребывания в составе Речи Посполитой. Простой же народ оставался в большинстве своем равнодушным к политическим переменам, но демонстрировал преданность местной традиции. Большим испытанием для него стал периодический голод 1820-х годов, вызванный, в частности, интенсивным экспортом зерна за границу. И только картошка спасала белорусских крестьян от голода и вымирания. Как раз тогда она широко вводилась в полевой севооборот.

ІІ. Период польско-русского противостояния и созревания белорусской национальной идеи (1831—1863)
     Восстание 1831 г. существенно изменило культурный ландшафт белорусских земель. Вместо полонизации началась русификация, усиленная не только политическими, но и идеологическими мерами. Проект Михаила Каткова (1830-е годы) предусматривал формирование российской нации с включением в ее состав жителей Беларуси. Такой же проект формирования польской нации с включением в ее состав жителей Беларуси имела и Варшава. Но после закрытия в 1831 г. Виленского университета и замены польских школ русскими польский проект надолго стал нереализуемым. Правда, и николаевская волна русификации не отличалась напористостью. Не хватало образованных русских чиновников и учителей. Поэтапная замена Литовского статута российским законодательством в 1831 и 1840 гг. осталась, например, малозамеченной. Тем более, что многие правовые нормы этого статута вошли и в свод русских законов.
     Ни польская, ни русская сторона не считала белорусов самостоятельным народом. Однако в вихре польско-русского противостояния возникало понимание белорусами собственного своеобразия – первоначально в форме регионализма (краевости). Русские помогали понять, что белорусы не поляки, но не были в состоянии доказать, что белорусы – это русские. Такую же «помощь» белорусам оказывали и поляки. Наблюдалось временное равновесие русских и польских сил. В таких условиях российские власти даже планировали поддержку изданий на белорусском языке. А один из первых белорусских писателей В.Дунин-Марцинкевич искал формулу взаимопонимания между преимущественно католическими помещиками и преимущественно православными крестьянами.
     И все же российский император Николай І (1825—1955) принял два решения, имевшие потом самые негативные последствия для самоутверждения белорусов. Огромным ударом по белорусской самобытности стал перевод униатов в православие (1839 г.). Предки белорусов теряли свое объединяющее начало. Их как бы оттягивали от поляков-католиков, но опасно приближали к русским-православным. Своеобразная религиозная война за белорусские души в конечном итоге окончилась принятием пагубного для белорусов компромисса: все католики на белорусских землях автоматически считались государством поляками, а все православные – русскими. В итоге вся местная шляхта и их культура автоматически объявлялись польскими, что зачастую делается многими историками и до сих пор.
     В 1840 г. Николай І запретил называть восточные губернии, входившие некогда в состав ВКЛ, белорусскими, а западные – литовскими. Это решение содействовало распространению в конце ХІХ в. названия Беларусь (Белоруссия) на все этнические земли современных белорусов. С другой стороны, оно привело и к тому, что стародавнее название Литва вместе с ее историческим наследием «выдавливалось» из этих земель. Чем, кстати, незамедлительно воспользовались соседи белорусов - нынешние литовцы (бывшие аукшайты и жемайты, или жмудь). Один из крупнейших славянских народов тем самым отстранялся от своей древней истории и превращался в объект дележа между Россией и Польшей.
     В таких условиях особое значение приобрела деятельность одного из руководителей антицарского восстания 1863 г. в Беларуси Кастуся Калиновского (1838—1864). Непосредственно или косвенно, но его политическая программа содействовала возникновению понимания необходимости борьбы за белорусскую национальную независимость и в перспективе – государственность как основу современной нации. Отсутствие национального государства уже в середине ХІХ в. начинало заметно сдерживать экономические и политические процессы на белорусских землях.

ІІІ. Период русского доминирования и зарождения белорусского национального движения (1863—1904)
     Политическое подчинение Россией Беларуси дополнилось в то время подчинением культурным, а потом и экономическим. Царизм после восстания 1863 г. стремился изолировать белорусские земли от польского и вообще европейского влияния и насаждал здесь российско-византийские политические и культурные традиции. Культурная переориентация с запада на восток в значительной мере была успешной. Русификация, однако, не прервала процесс становления белорусской нации. Посредством русского языка распространялось образование. При содействии государства проводились основательные исследования этнографии белорусов, хоть нередко и направленные на то, чтобы показать общность этого народа с русскими. Первым белорусским академиком стал Ефим Карский (1860—1931), написавший трехтомный труд о происхождении и развитии белорусского языка. В то же время серьезные научные исследования только убеждали в своеобразии белорусов, которые, в конце концов, и приобрели в конце ХІХ в. собственное самоназвание – точнее, оно окончательно закрепилось в обиходе. Начавшееся в 1870-х гг. интенсивное железнодорожное строительство втянуло белорусские земли в общероссийский рынок. Основными отраслями специализации белорусской экономики стали животноводство, лесообработка и винокурение.
     Вторая волна русификации пришлась на Беларусь после подавления восстания 1863 г. Граф Михаил Муравьев, занимая пост виленского генерал-губернатора, жестоко расправился с повстанцами (отсюда его прозвище – «Муравьев-вешатель») и начал осуществление русификаторских замыслов, одобренных царем. Военное положение сохранялось до 1870 г. Введение российских либерально-буржуазных реформ, начатых при Александре II (1855 – 1881), на белорусских землях откладывалось. Местные помещики католической веры полностью отстранялись от руководства краем и обкладывались контрибуцией (дополнительным налогом с прибыли). Возрастало число русских переселенцев на белорусские земли. Костелы закрывались или преобразовывались в православные церкви. Разворачивалось строительство православных храмов. По количеству русских церковно-приходских школ (нередко не лучшего образца) с Беларусью могла соперничать только Украина.
     Итогом русификации было формирование, наряду с «краевостью», еще одной региональной идеологии, получившей название «западнорусизм». Если «краевость» связывалась преимущественно с местными аграрными элитами и была ориентирована в сторону Польши, то «западнорусизм» стал характерным для государственных служащих (местных чиновников, православного духовенства, учителей русских школ) и ориентировался на Россию. Но даже в мрачной атмосфере русификации белорусы не только теоретически обосновали идеалы самостоятельной политической жизни (имеется в виду деятельность в 1880-х гг. народнической организации «Гоман»), но и начали за эту жизнь политическую борьбу, создав в 1902—1903 гг. первую политическую партию для широких слоев белорусского населения – Белорусскую Социалистическую Громаду (БСГ).
     Для инкорпорации Беларуси в состав России потребовалось целое столетие. Это было время больших испытаний для белорусского духа. О его живучести свидетельствует, например, творчество белорусского поэта Франтишека Богушевича (1840—1900). Он вывел эмоционально сильную и точную формулу белорусского возрождения: “Не пакідайце ж мовы нашай беларускай, каб ня ўмёрлі!”.
     Характер политической оппозиции на белорусских землях во второй половине ХІХ в. тоже существенно изменился. Сепаратизм местной земельной аристократии показал свою безрезультатность и был подавлен жесткими мерами царского правительства. В то же время политическая борьба против царизма понемногу охватывала все слои общества, в том числе и освобожденное в 1861 г. от крепостной зависимости крестьянство. Свои надежды на лучшее будущее жители Беларуси все более связывали с реформированной Российской империей. Поражения национально-освободительных восстаний 1830-31 и 1863-64 гг., инициированных поляками, дискредитировали идею освобождения военно-революционными методами. Происходила постепенная политическая переориентация на Россию.

IV. Период модернизации империи и национального самоутверждения белорусов (1905—1914)
     Революция 1905-07 гг. ускорила модернизацию России. Но эта модернизация затронула преимущественно экономическую сферу и не столь заметно – общественно-политическую жизнь. По-прежнему ставка делалась на единую и неделимую империю. Поэтому набирало силу национально-освободительное движение многих народов Российской империи, в том числе и белорусов. Здесь оно носило мирные формы. Экономическое благоденствие 1908—13 гг. и некоторая либерализация национальной политики властей (например, снятие запрета на печатное белорусское слово) позволили белорусам утвердить себя в культуре. Появилась белорусская профессиональная литература и искусство. Белорусские силы группировались вокруг первых белорусских газет «Нашай долі» (1 сентября – 18 ноября 1906 г.) и «Нашай нівы» (1906—1915), издававшихся в Вильно. Время культурного самоутверждения белорусов вошло в историю, как «нашанивский» период возрождения. Тогда возникли и белорусские издательства. Стала известной целая плеяда белорусских поэтов - Янка Купала (1882—1942), Якуб Колас(1882—1956), Максим Богданович (1891—1917) и др. В 1910 г. Увидел свет первый учебник по истории Беларуси Вацлава Ластовского (1883—1938). Первый белорусский театр был создан Игнатом Буйницким (1861—1917).
     И все же в целом результаты процесса национально-культурного возрождения были скромными. Среди причин этого можно назвать следующие.
1. Царская шовинистическая политика и идеология парализовали национальное самосознание большинства православных белорусов. Даже после революции 1905 г. царизм не пошел на создание в Беларуси государственных белорусских школ и возрождение униатской церкви.
2. Национальной консолидации препятствовало недоверие между православными массами простого люда и местной элитой, для которой была характерна польская культура и католическая вера. (Сходные проблемы с онемеченной верхушкой общества имели, кстати, такие народы, как чехи и латыши).
3. Белорусское движение не располагало прочной экономической базой. Среди крупных предпринимателей белорусы составляли всего 0,1%, а в городах их насчитывалось в конце ХІХ в. не более 17%. Городские поселения Беларуси по своему национальному составу были еврейско-русскими. Белорусские земли оказалась в «черте оседлости» евреев, введенной после разделов Речи Посполитой. Тем не менее, процессы формирования современных наций, охватившие в начале ХХ в. Российскую империю, не обходили стороной и Белорусский край. Они были составной частью модернизации российского государства.

V. Период имперского кризиса и утверждения белорусской государственности (1914—1921)
     Начало Первой мировой войны прервало мирный процесс национальной дифференциации в России. Фронт разделил Беларусь на две части. Немецкая оккупация принесла белорусскому народу много горя, обострила политическую конкуренцию между белорусами и литовцами за Вильно и за право на историческое наследие, связанное с Великим Княжеством Литовским. В то же время немецкое присутствие дало возможность открыть первые официальные белорусские школы, создать мощный белорусский культурно-политический центр в Вильно, сумевший идеологически обосновать необходимость белорусской государственности (Антон и Иван Луцкевичи, Вацлав Ластовский). Свержение царизма в 1917 г. и разрушение империи не застало белорусских национальных лидеров врасплох. Они были готовы воспользоваться благоприятным моментом. Стоило только Беларуси с помощью кайзеровских войск освободиться от российского и польского политического давления, как на ее территории возникло национальное государство титульной нации. Белорусская Народная Республика (БНР) была провозглашена в Минске под немецкой оккупацией 25 марта 1918 г. (первый президент – Иван Середа, первый премьер – Иосиф Воронко). Это стало логическим итогом всего предыдущего исторического развития Беларуси. В числе стран, признавших БНР, была Чехословакия.
     Однако после поражения Германии в конце 1918 г. российские большевики и правящие круги Польши сделали все, чтобы уничтожить белорусскую государственность. В ходе советско-польской войны 1919—20 гг. они поделили между собой белорусские земли - территорию БНР, населенную народом, созревшим для национально-государственного суверенитета. Этому предшествовало провозглашение 1 января 1919 г. в Смоленске Белорусской Советской Социалистической Республики (БССР). Первое советское правительство возглавил Дмитрий Жилунович (1887—1937), выступавший в белорусской литературе под псевдонимом Цишка Гартны. Однако ленинское правительство создало БССР в пику БНР и всего на два месяца - для дипломатического прикрытия военных действий против Польши. Преобразование БССР и созданной тем временем Литовской ССР в Литовско-Белорусскую ССР (Литбел) 27 февраля 1919 г. стало вторым шагом в том же направлении.
     Однако действия главы польского государства Ю.Пилсудского оказались более решительными. В его планы входил захват белорусских земель в границах бывшей Речи Посполитой. Весной 1920 г. польские войска дошли до Днепра, но потом были отброшены на запад большевиками, которые, в свою очередь, потерпели поражение под Варшавой. Советско-польская война окончилась перемирием 1920 г., а потом – Рижским миром 1921 г., в результате которого Беларусь и была расчленена пополам.
     В 1920 г., после изгнания польских войск из Минска, московское руководство просто вынуждено было возобновить советскую государственность в восточной Беларуси, а потом частично вернуть БССР ранее присоединенные к РСФСР белорусские земли, чтобы успокоить белорусских большевиков и удержаться у власти на белорусских землях. Польское руководство чувствовало себя в захваченной Западной Беларуси более уверенно и не стало возрождать там БНР или какую-либо иную форму белорусской государственности для противопоставления ее БССР.
     Представители национальной линии, создатели и руководители БНР, оказались в эмиграции (Ковно, Прага, позднее – США). Почему они потерпели поражение? Во-первых, как уже отмечалось, белорусское национальное движение было относительно слабым. Полонизированные верхи Беларуси так и не смогли вернуться к своим национальным корням, а стихийный социализм национальных лидеров оказался неприемлемым для консолидации белорусского общества. Во-вторых, национальное движение не смогло сконцентрироваться на белорусских землях, охваченных войной. Около двух миллионов жителей Беларуси оказалось в положении беженцев. Самая активная часть национальной элиты была мобилизована и отправлена на фронт, подальше от родных мест. Измученное войной крестьянство слабо ориентировалось в тогдашней политической ситуации. Белорусское войско, созданное на Румынском фронте, так и не смогло пробиться в Беларусь.
     В-третьих, белорусское движение встречало сильное сопротивление со стороны фронтовой общественности, которую постепенно переманили на свою сторону большевики. К тому же белорусские земли были наводнены российскими войсками, а также чиновниками и рабочими. В-четвертых, независимость БНР не была поддержана на Версальской конференции, подводившей итоги Первой мировой войны. Это развязало руки советской России и Польше. И наконец, антисоветские выступления, хотя и имели массовый характер (Велижское восстание в ноябре 1918 г., белорусский поход генерала Станислава Булак-Балаховича в октябре-ноябре 1920 г., Слуцкое восстание в ноябре 1920 г.), были жестоко подавлены.

VI. Период разделенности белорусских земель и подъема белорусского национализма (1921—1939)
     Беларусь вместе с Украиной стали первыми странами, территории которых оказались разделенными по идеологическому признаку. Потом, много десятилетий спустя, в этом списке окажутся Германия, Корея, Вьетнам... Разделенность белорусских земель между Россией и Польшей, рассеченность белорусской нации, казалось бы, неизбежно приближала ее к кончине. Однако наперекор формальной логике как раз в этот период наблюдался наивысший подъем белорусского национализма. Только после того, как народ был разделен, он окончательно осознал свое единство. Парадоксальным образом посодействовала этому и большевистская политика “белорусизации”, проводившаяся в БССР в 20-30-е гг., а также подготовка правительства СССР к новой войне с Польшей. Советские пропагандисты доказывали жителям советской Беларуси, что их братья находятся под гнетом Польши и нуждаются в поддержке. Советское руководство засылало диверсантов в Западную Беларусь и поднимало белорусов по ту сторону границы на борьбу за воссоединение с БССР, где жизнь, согласно их заверениям, была счастливой и свободной.
     Безусловно, в составе польского государства белорусы были избавлены от сталинских социальных экспериментов, но испытываемый ими национальный гнет был вряд ли меньшим, если не большим, чем в советской Беларуси. Они не обеспечивались белорусскими школами. Белорусская молодежь практически не имела доступа в высшие учебные заведения, что принуждало ее ехать на учебу в Чехословакию или советскую Беларусь, где таким студентам выделялись стипендии. Белорусов не допускали на службу в государственные учреждения, на предприятия транспорта и связи – им не доверяли, опасаясь диверсий или саботажа. В результате привлекательность большевистских идей для жителей Западной Беларуси росла, а национально-освободительная борьба в этом регионе велась преимущественно в пределах социалистической идеологии.
     Что касается “белорусизации”, проводившейся в это время в советской Беларуси, тто она была не чем иным, как временным прекращением русификации. Белорусизация белорусов – это абсурд, поэтому она имела смысл только для российско-большевистской, в сущности оккупационной, администрации. Прекращение русификации стало большим благом для белорусов, но было “данайским даром”, поскольку “белорусизация” служила инструментом насаждения советской идеологии. Теоретиком “белорусизации” выступал известный историк, член правительства БССР – Всеволод Игнатовский (1881—1931).
     Новая экономическая политика (нэп) 20-х гг. в СССР имела не только экономический, но и политический эффект. Она сглаживала на некоторое время самое большое преступление большевиков – ликвидацию частной собственности. Однако пришедший на смену нэпу период индустриализации и коллективизации стал особенно трагическим для Беларуси с ее прочными частнособственническими традициями (подворное землевладение на большей части края существовало с 1557 г.). Только по официальным данным, от сталинских репрессий пострадало около 600 тыс. жителей Беларуси. В одних Куропатах – месте расстрелов около Минска, которое сейчас знает весь мир, – захоронено не менее 30 тыс. людей.

VІІ. Период второй мировой войны и национальной трагедии (1939 – 1945)

     Волею судьбы начало Второй мировой войны привело к долгожданному объединению белорусских земель (сентябрь 1939 г.). К большому сожалению и большому стыду, это объединение произошло в результате сговора между гитлеровской Германией и сталинским СССР, совместно напавшими на Польшу. Жители Западной Беларуси получили от советской власти бесплатное медицинское обслуживание, возможность обучать детей на родном языке, а беднейшие крестьяне наделялись конфискованной у помещиков землей. Но чаяния белорусов на лучшую жизнь скоро развеялись. Сразу же началась массовая депортация поляков и национально настроенных белорусов с целью изменения демографической и политической ситуации на западнобелорусских землях в пользу Москвы. В ходе такой «зачистки» пострадали 150 тыс. человек, из которых около 120 тыс. было вывезено в отдаленные и необжитые места Советского Союза. Полностью разгромленным оказался виленский национальный центр. Вильно по распоряжению Сталина передавалось Литве (октябрь 1939 г.). Началась насильственная коллективизация. Бывшие граждане Польши не допускались в советский административный аппарат, который формировался из посланцев восточной Беларуси.
     Война стала огромной трагедией для белорусской нации, на четверть уничтожила и сильно деконсолидировала ее. Территория Беларуси превратилась в полигон массового уничтожения людей. Здесь действовал один из крупнейших концлагерей Европы – Тростенец, где нашли свою смерть более 260 тыс. человек. Больше жертв имелось только в Освенциме, Майданеке и Бухенвальде. На уничтожение в Тростенец привозились евреи из всех европейских государств. Были среди жертв и белорусы. На территории Беларуси действовали не только советские партизаны, но и польское сопротивление в Западной Беларуси, украинское сопротивление в Полесье, а также белорусское национальное подполье. Число советских партизан достигло в 1944 г. 370 тыс., но и количество сторонников сотрудничества с немцами было весьма значительным. Только в рядах Союза белорусской молодежи в 1944 г. насчитывалось до 100 тыс. человек. В который раз повторялась трагическая ситуация, когда белорусы воевали против белорусов.
     Несмотря на самые жестокие испытания, белорусское национальное сообщество выстояло. Объединяющие идеи оставались даже во времена военных катастроф. Это – идея сохранения родного дома, родного языка, культуры, Отечества. Перечисленные идеи поддерживались большинством белорусского народа. Были только разные представления о способах их реализации – с помощью СССР, Германии, Польши, западных союзников. Общие идеи объединяли нацию, но разные средства – разъединяли. Главная же – идея борьбы с нацизмом - приобретала для белорусского населения все более основополагающее значение. Поэтому партизанское движение стало делом чести жителей Беларуси и принесло им большое уважение и известность. Победа в войне давала основание для дальнейшей консолидации нации. Почва для взаимопонимания и прощения оставалась. Не все, вставшие на сторону немцев, разделяли нацистскую идеологию, точно так же как не все, воевавшие на стороне советской власти, были коммунистами по убеждениям. В конце концов, рождение на белорусской земле всех объединяло. Но этого как раз и не было нужно советскому руководству.

VIII. Период тотального советского доминирования и белорусского регионализма (1945—1991)
     Белорусская республика-победительница вместе с Украиной оказалась в составе ООН и в то же время лишилась Белостоцкой области, которую Сталин в 1944 г. передал Польше. Но не это стало основной послевоенной потерей белорусского народа. После войны большевики очень умело воспользовались фактом сотрудничества некоторых белорусских лидеров с нацистами, чтобы дискредитировать белорусское национальное движение. Естественное стремление к белорусскому и по сей день официально выдается за национализм и даже фашизм. Интерпретация Второй мировой войны остается идейной баррикадой, которая делит белорусское население. И это является одним из препятствий на пути формирования в Беларуси открытого общества, современной белорусской нации.
     Послевоенный период советского господства примечателен тем, что тогда идея национально-государственной независимости была изгнана из массового сознания, белорусский язык – из массового употребления, а белорусская школа – из повседневной жизни белорусов. Для большинства жителей Беларуси «белорусизм» оставался не более чем этнографическим явлением. Он имел глубинный, естественный смысл только для узкого круга белорусов, преимущественно представителей интеллигенции. Официальные власти не шли дальше поддержки белорусского регионализма, признания региональных особенностей белорусов как части единого советского народа. Нация потеряла свою естественную духовную наполненность (язык, историю, традицию) – практически почти все, что упорно приобретала на протяжении ХІХ — ХХ веков.
     Пожалуй, ни одна из союзных республик не была русифицирована так сильно, как Беларусь. Ее географическая и лингвистическая близость к России привлекала российских военных. Белорусская республика превращалась в важнейший военный плацдарм Советского Союза. По этой же причине шел жесткий отбор руководящих кадров Беларуси, среди которых не было национал-коммунистов, как, скажем, в Литве. Популярный первый секретарь ЦК КПБ Петр Машеров был хорошим администратором, но плохим защитником белорусских национальных интересов - в силу обстоятельств и личных коммунистических убеждений. При нем Беларусь стала индустриальной, но милитаризованной и экономически сильно привязанной к России. Белорусы получали металлы и топливо, поставляли готовую продукцию – трактора, грузовые автомобили, телевизоры, холодильники, электронно-вычислительные машины, химические волокна. БССР иногда называли «сборочным цехом» Союза. Нефтедоллары позволили создать и для советских белорусов относительное благополучие. Но какой ценой?
     В результате десятилетий советского господства возникла белорусская эрзац-нация, нация без соответственной национальной духовности, которая подменялась советской идейностью. Создавался пример нации без собственной души. Правда, оставалось массовое осознание существования белорусской земли, да отдельной белорусской республики – БССР. И это как будто единственное, что спасало белорусов от полной денационализации.
     Но не только это. Cпасало творчество белорусских интеллектуалов, неистребимый дух сопротивления советской власти, сохранявшаяся (правда, преимущественно в эмиграции) идея независимости белорусского государства. Первым, кто правдиво и многогранно показал Вторую мировую войну в Беларуси, был народный писатель Василь Быков. Первым, кто повернул народ лицом к своей истории, был писатель Владимир Короткевич. Всесоюзная популярность ансамбля «Песняры» держалась на белорусском народном мелосе.
     Неправда, что Беларусь была исключительно послушной Москве. Белорусская вооруженная и подпольная борьба продолжалась после войны до конца 50-х гг. Во время чехословацких событий 1968 г. в Минске были разбросаны антисоветские листовки, в Могилеве и Бресте также прозвучали протесты. С середины 60-х гг. появились свои диссиденты, в национальное движение вовлекались ученые, литераторы, художники, студенты. Перестройка, объявленная Михаилом Горбачевым, дала новый импульс национальному движению. Чернобыльская катастрофа 26 апреля 1986 г., в результате которой на Беларусь выпало более 2/3 радиоактивных веществ, вырвашихся из разрушенного реактора, привела к широкому возмущению коммунистическим правлением в обществе, которое лишили правдивой информации о размерах нависшей над белорусскими землями угрозы. Политическое руководство оппозиционными силами взял на себя созданный в 1989 г. Белорусский народный фронт во главе с Зеноном Позняком. На роль идейного вдохновителя возрожденного национального движения выдвигался Василь Быков.
     После принятия 12 июня 1990 г. в Москве Декларации о государственном суверенитете РСФСР то же самое 27 июля вынужден был сделать и коммунистический по своему составу Верховный Совет БССР. А после неудачного коммунистического путча в Москве белорусский парламент 25 августа 1991 г. придал Декларации о государственном суверенитете БССР силу закона. На карте мира возникло новое суверенное государство – Республика Беларусь. Законодательная власть сконцентрировалась в руках спикера парламента Станислава Шушкевича, исполнительная – в руках первого премьера РБ Вячеслава Кебича.

ІХ.Период становления политической нации (после 1991)
     После достижения независимости республика имела лучшие в бывшем Союзе стартовые условия для трансформации в рыночную экономику и одновременно, пожалуй, самые плохие условия для политического реформирования. В Беларуси существовала крайняя степень культурно-политической денационализации при сохранении у власти бывшей коммунистической элиты. Процесс становления современной белорусской нации возобновился, но шел с большим трудом. В своем развитии нация в послевоенный период была отброшена на уровень регионального самосознания, характерного для конца ХVІІІ — начала ХІХ вв. Вырабатывать чувство национальной суверенности сново приходилось почти с нуля.
     Белорусы начинали путь от российского регионализма к представлениям о своем национальном достоинстве примерно так же, как почти 200 лет назад – от регионализма польского, с той лишь разницей, что этот процесс осмысления сейчас шел в составе собственного, белорусского государства. Режим парламентской республики в 1991-94 гг. создавал для этого более или менее благоприятные условия. Однако после установления президентской республики в 1994 г. новое руководство, по сути дела, вернулось к росийскому регионализму.
     Однако время, когда во главе с президентом Александром Лукашенко белорусы хотели быть русскими больше, чем сами русские, быстро прошло. “Неозападнорусизм” заменила в 1996 г. идея федеративного союза с Россией. Неудовлетворенность российским отношением к интеграции породила идеи белорусского панславизма (1997) и особого белорусского пути, которые не исчезают до сих пор. Это – движения живой белорусской нации. Она развивается ускоренно, а порой и зигзагообразно. Сейчас белорусский народ осознает свое существование, свое своеобразие намного отчетливее, чем в 1991 г. Стремление к близким связям с Россией не является свидетельством отсутствия у белорусов национального самосознания. Это не этническая солидарность с россиянами, это солидарность – государственная, политическая. В то же время растет осознание ценности белорусского государства, его суверенности.
     Процесс созидания в Беларуси современной нации после 1991 г. не прекращается. В этой связи важной задачей становится утверждение себя на международной арене в качестве самостоятельной и уважаемой нации, а также преодоление международных представлений о Беларуси как провинции России. Пока немногие верят, что у Республики Беларусь найдется достаточно сил и воли, чтобы пойти тем же путем, что и другие страны Центральной и Восточной Европы. Но так будет.

Print version
EMAIL
previous ”ПРЕДПРИНИМАЕМЫЕ В БЕЛАРУСИ ПОПЫТКИ СФОРМУЛИРОВАТЬ ДЕМОКРАТИЮ В КОНТЕКСТЕ ДУХОВНОСТИ И МОРАЛИ МОГУТ ПРИВЕСТИ К ВОЗНИКНОВЕНИЮ ЕЩЕ ОДНОЙ
МОДЕЛИ ДЕМОКРАТИИ.”
|
Юрий Шевцов
ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ БЕЛАРУСИ В ХХ ВЕКЕ В СОВРЕМЕННОЙ БЕЛОРУССКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ |
Денис Киселев
next
ARCHIVE
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.