ISSUE 1-2004
INTERVIEW
Александр Куранов
STUDIES
Сергей Маркедонов Григорий Голосов Ярослав Шимов Александр Куранов
RUSSIA AND ITS NEIGHBOURS
Ирина Клименко  & Ростислав Павленко Юрий Шевцов Томаш Шмид
OUR ANALYSES
Юрий Шевцов
REVIEW
Вацлав Рамбоусек
APROPOS


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
RUSSIA AND ITS NEIGHBOURS
ИНТЕРЕСЫ УКРАИНСКИХ КРУГОВ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ В ПЕРСПЕКТИВЕ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ С РОССИЕЙ
By Ирина Клименко | эксперт Школы политической аналитики, Украина | Ростислав Павленко | Депутат, Украина | Issue 1, 2004

Сегодня в Украине стало почти трюизмом заявлять, что вряд ли можно говорить о внешнеэкономической политике, которая бы отображала реальный национальный интерес и следовала общегосударственной экономической целесообразности. В условиях утвердившегося на сегодняшний день политического режима, экономические отношения с Российской Федерацией, в частности, предстают формализированным непрозрачным процессом, следующим логике сиюминутных интересов находящихся при власти либо лояльных к ней кругов. Эта тенденция сполна проявляется и в теме, традиционно знаковой для Украины: взаимоотношений с Россией.
     Несмотря на политические декларации о дружбе и сотрудничестве, бизнесовые круги обоих государств активно конкурировали за рынки сбыта (поскольку номенклатура производства достаточно схожа – если, конечно, не принимать в расчет энергоносители) и не менее активно добивались от своих правительств протекционистских мер. Результат – постепенное снижение объемов взаимной торговли на протяжении более десяти лет, вплоть до «торговых баталий» 2002 года.
     С другой стороны, исследователи отмечают активизацию российского капитала на украинском рынке (не сбалансированную пропорциональной активизацией украинского капитала в России) и возможностью реализации таких неадекватных интересам страны (и даже элементарно не просчитанным экономически) проектов, как Единое экономическое пространство и Газотранспортный консорциум.
     При этом эксперты все чаще поднимают тему явного и уверенного роста экономической, ровно как политической, зависимости Украины от России. Причем зависимость эта определяется причинами, "благоприобретенными" уже в период независимости. Если в начале 1990х близость двух экономик была предопределена логикой советской системы экономических связей, и предприятия с необходимостью были привязаны к традиционным рынкам сбыта и сырья, ныне речь идет о принципиально иного рода факторах, диктующих преимущество узких корпоративных интересов перед общенациональными в определении экономических приоритетов страны.

Говоря о тех или иных политических процессах и стремясь понять их закономерности, все более сложно оставаться в тесных и ограниченных рамках позитивистского анализа, и при этом суметь не оторваться от реальности. «Технологизация» или «автоинституализация» современных институтов демократии обозначает, наряду с прочим, что, лишенные социальной основы и определенной идеологии, они утратили былое значение представительности интересов граждан. Политическая дискуссия предстает ныне замкнутым и формализованным процессом, единственными участниками которого зачастую являются элиты.
     Нынешние элиты, как точно сформулировал известный либеральный критик демократии Кристофер Леш, уже «не летят на гребне истории», готовые в самые важные и трудные для общества периоды брать на себя ответственность за его будущее. Напротив, их определяет все более выраженная обособленность от интересов граждан их страны и концентрированность на прагматике достижения собственных задач и интересов, будучи неподконтрольными ни обществу, ни государству.
     Именно этот тип присущ тем, кто на нынешнем этапе определяет повестку дня, декларируя ценности и ставя политические и экономические цели в Украине. За последние годы сложилось несколько политико-экономических (или, как их еще можно назвать, "бизнес-административных" групп), которые соревнуются за доступ к ресурсам и механизмам их распределения. Конкуренция между этими группами при "арбитраже" Президента и является одним из ключевых факторов определения динамики экономической политики страны – в том числе и отношений с Россией. Заинтересованность этих групп в отношениях с Россией различна – в зависимости от сфер бизнес-интересов и видения путей реализации этих интересов.
     На данном этапе развития отношений внутри украинской элиты, а также между ней и обществом, это и есть общая формула, позволяющая понять парадокс "уравнения многовекторности": уравнения, которое допускает одновременно шаги по интеграции в СОТ и сближения с Евросоюзом – и вступление в ЕЭП. От того, какие именно группы в украинской правящей элите (или, точнее, истеблишменте) получат преимущество и смогут реализовать свое видение обеспечения своих интересов, и будет зависеть, на что будет похожа украинская политика – и по отношению к России в том числе.

В силу особенностей ныне сложившейся политической системы и, в частности, de facto распределения полномочий между законодательной, исполнительной и судебной ветвями, достижение эффективности и целеустремленности политики представляется крайне сложным. Так, система формирования депутатского корпуса усложняет (а порой просто исключает такую возможность) формирование конструктивного большинства и эффективное функционирование системы лоббирования политических и экономических решений. В свою очередь, правительство, не имея опоры стабильной парламентской коалиции, является формализованным институтом и инструментом реализации избранного Президентом курса. Таким образом, глава государства на сегодняшний день единолично расставляет ценностные и целевые акценты, являясь форпостом принятия решений в Украине.
     В силу ряда объективных факторов, такие решения зачастую совпадают с интересами российской стороны. Несмотря на риторику о "европейском выборе", Леонид Кучма имеет довольно слабый авторитет среди западных политиков. В таком контексте было бы логично ожидать его ориентации на поддержку собственных позиций со стороны Кремля.
     Впрочем, реальность далеко не так прямолинейна. Как уже говорилось, российский и украинский производители часто конкурируют на одних и тех же рынках; до сих пор не решен целый ряд протекционистских вопросов. Логика экономической конкуренции, а не "происки националистов", привела к тому, что при декларациях об интеграции страны удаляются друг от друга. Ныне более трети украинского внешнеторгового оборота приходится на страны ЕС, меньше трети – на Россию (и львиную долю здесь составляют энергоносители), примерно треть – другие регионы мира. Впрочем, более половины внешнеторгового оборота России также приходится на Евросоюз, и лишь около четверти – на страны СНГ. Поэтому однозначно говорить о "тотальной зависимости" Украины и ее элит от Москвы было бы преувеличением.
     Однако та же логика экономической конкуренции – да еще в условиях постсоветского пространства, когда рынок не просто дикий, а еще и зарегулирован государством, причем чиновник, а не Смитова "нивидимая рука", часто решает главные вопросы, – позволяет говорить у растущем влиянии российских бизнес-групп, при поддержке своего государства, в Украине и эффективном лоббировании ими своих интересов.

Начиная с 1994 года, когда Леонид Кучма вступил на первый президентский срок, российская сторона сумела получить под свой контроль ряд стратегических объектов украинской экономики. Фактически вся отрасль цветной металлургии Украины (впрочем, не особо значительная), около половины нефтеперерабатывающей отрасли и более 75% розничной продажи нефти, а также ряд других секторов экономики и промышленности являются подконтрольными российскому капиталу. Наиболее уверенными политическими и экономическими позициями в Украине, ровно как влиятельным административным ресурсом и поддержкой со стороны украинской власти, владеют три российских финансово-промышленных группы – «Лукойл», «Русский алюминий», «Альфа-Групп».
     Компания «Лукойл», в первую очередь, действует в нефтеперерабатывающей отрасли и оптово-розничной торговле нефтепродуктами. Под ее контролем находится Одесский НПЗ - один из шести функционирующих заводов по переработке нефти - что позволяет компании претендовать на 20% соответствующего рынка в Украине. «Лукойл» также контролирует 15% рынка розничной продажи нефтепродуктов и владеет более чем полусотней бензоколонок в Одессе, Одесской области и в Крыму (юг и юго-запад Украины). Украинские ресурсы компании сосредоточены также в банковском секторе в виде филий российского банка «Петрокоммерц» (филии «Петроккомерц-Украина» в Одессе и Киеве).
     Административное государственное лобби в лице экс-премьер-министра Крыма Сергея Куницина обусловило региональную привязку компании на первых порах (после отставки Сергея Куницина «Лукойл» не слишком успешно перестраивается на тактику «своих людей» в органах власти). Отсутствие у компании достаточно сильных политических лоббистов в парламенте компенсировано стабильной лояльностью самого Президента. Неформальное содействие Леонида Кучмы деятельности «Лукойла» в Украине неоднократно подтверждали его собственные публичные высказывания о лояльности к компании. Как было в случае данной Президентом негативной оценки заявления Фонда государственного имущества Украины о возможности разрыва договора о продаже акций Одесского НПЗ «Лукойлу», в связи с намерениями компании сократить на четверть поставку нефти, чем последняя нарушала приватизационные договоренности.
     Холдинг «Русский алюминий» контролирует промышленные ресурсы Николаевского глиноземного завода (самое большое предприятие в Европе по производству глинозема, единственное предприятие СНГ, имеющее собственный морской терминал, рассчитанный на перевалку 5 млн. тонн бокситов в год). С «Русским алюминием» также афилированы украинские коммерческие банки.
     «Русский алюминий» имеет наиболее мощный из трех названых российских компаний, административный ресурс и поддержку со стороны украинских кругов принятия решений.
     Правительство и Фонд государственного имущества Украины продемонстрировали особую лояльность к холдингу в апреле 2002, а затем весной 2003 года, дав разрешение на двулетнюю отсрочку исполнения условий об увеличении производства глинозема на МГЗ до 1.3 млн. тонн, ссылаясь при этом на сложные рыночные условия (без более конкретных мотиваций решения). О том, что решение было принято структурами заинтересованными, свидетельствует, в частности, и тот факт, что, контролируя два других производителя глинозема (Алчинский глиноземный комбинат в России и CEMTRADE в Румынии), «Русский алюминий» обязан был пойти на сокращение тех объемов переработки для исполнения обязательств, взятых при приватизации завода в Украине.
     Среди украинских финансовых структур «Русского алюминия» самым важным и ключевым является «УкрСибБанк», обеспечивающий также солидное политическое лобби. Политолог Кость Бондаренко называет структуру «УкрСиб» «классической харьковской финансово-промышленной группой». Она контролирует выпуск более чем 70% минеральных удобрений в Украине, а также владеет 47,7 % акций черкасского ВАТ «Азот» и 17,04% акций ВАТ «Химволокно» и другими предприятиями сахарной, а также металлургической промышленности. В начале 2003 «УкрСиб» утратила влияние на «Укрнафту» (уступив украинской группе «Приват»). «УкрСибБанк» является оператором таких стратегически важных платежных операций, как расчеты «Енергоатома» с российским концерном «ТВЕЛ» за ядерное топливо. Наиболее масштабным и амбициозным на сегодняшний день является совместное с «Русским алюминием» строительство алюминиевого завода в Первомайском районе Харьковской области.
     Холдинг имеет сильное лобби в парламенте и правительстве. Среда «УкрСибБанка» имеет влияние на фракцию «Демократические инициативы», где представлены президент банка Александр Ярославский и его брат Алексей Ярославский, екс-вице-президент банка Эрнест Галиев и екс-руководитель «Укрнафты» Олег Салмин. Лояльными к «Русскому алюминию» зарекомендовали себя и другие высокопоставленные политики – екс-спикер ВС АРК Леонид Грач (в свое время выступал конкурентом екс-премьер-министра Крыма Сергея Куницина (на премьерском посту лояльного к «Лукойлу») в лоббировании интересов российского бизнеса в регионе), а также Виктор Пинчук, имеющий тесные личные, а также родственные связи с Президентом Леонидом Кучмой. Валерий Хорошковский, возглавлявший до января 2004 года Министерство экономики и европейской интеграции Украины, контролирует акционерный коммерческий банк «Укрсоцбанк», который приобрел для «Украинского алюминия» (де-факто для «Российского алюминия») 10% акций Николаевского глиноземного завода, выступая своеобразным брокером холдинга.
     Российская «Альфа-груп» представлена в Украине в разных сферах. Наиболее значимым является владение контрольным пакетом акций «Тюменской нефтяной корпорации» в отрасли переработки нефти и торговли нефтепродуктами. После покупки в 2000 году Лисичанского НПЗ, ТНК активизировала свою деятельность в Украине и намеривается занять до 45% рынка нефтепродуктов (на 2002 год ТНК контролировала более 30% рынка нефтепродуктов).
     Парламентское лобби ТНК обеспечивают руководители «Брокбизнесбанка» (партнер «Альфа-Банка») народные депутаты Сергей и Александр Буряки, а также руководитель проектов «Альфа-Банка» Павел Игнатенко. Президент Леонид Кучма в феврале 2002 года, во время своего визита в Тюмень, сделал официальное заявление об отсутствии проблем работы ТНК, а также обратился к главе ТНК Семену Кукесу с личной просьбой об значительном увеличении поставок нефти в Украину.
     Ныне ТНК широко известна в Украине благодаря намерениям использовать в реверсном режиме новый нефтепровод Одесса-Броды, перебросив в него часть нефти с других направлений и заблокировав таким образом в ближайшей перспективе использование этого трубопровода для поставок каспийской нефти в Европу.
     Таким образом, в течении десяти лет Леониду Кучме удается, в целом достаточно успешно, производить неформальный политико-экономический бартер, то есть получать поддержку со стороны Российской Федерации взамен на разрешение задач, поставленных ее бизнес-интересами. Хотя присутствие и влияние россиян в Украине не идет ни в какое сравнение с ситуацией в Беларуси или некоторых бывших азиатских республиках СССР, в последнее время появились предпосылки для усиления российского влияния в Украине.
     С приближением выборов в октябре 2004 года, Леонид Кучма особенно нуждается в гарантиях политической поддержки для сохранения status quo. Российская сторона также заинтересована в нынешней системе власти в Украине, что в то же время, как показал весь прошлый год, не исключает возможности использовать ситуацию для получения дополнительной экономической выгоды. Уже в начале 2004 года российский капитал сумел получить несколько важных козырей в Украине: Фонд государственного имущества Украины объявил о приватизации крупнейшего производителя моторных масел и смазок «Азмола», единственным вероятными покупателями которого, после подписания Президентом указа об отставке представляющего в кругах власти интересы «Донецкой» группы (не заинтересованной в проникновении российских конкурентов на украинский рынок – по крайней мере, в сфере своих интересов), министра топлива и энергетики Украины Сергея Ермилова, остается российский «Лукойл». Примером иного содействия россиянам можно привести создание государственного холдинга «Титан Украины» с перспективой дальнейшей приватизации в интересах компании «Ренова».
     Следует обратить внимание, что российский капитал контролирует львиную долю стратегически важных для государства отраслей экономики. Это в первую очередь энергетическая и нефтеперерабатывающая отрасли; через украинских партнеров осуществляется влияние и на "экспортообразующую" (до 40% экспорта) отрасль – металлургию. При этом официальные показатели инвестирования россиянами в экономику Украины оставляют желать лучшего. По данным Госкомстата Украины, в начале 2002 года Российская Федерация пребывала на пятом месте по показателям прямых иностранных инвестиций, составляющими тогда 6,7% от общего объема. По данным января 2004 года эта цифра сократилась до 5,7%, а Россия переместилась с пятого на седьмое место. Правда, эксперты отмечают рост инвестиционных поступлений из так называемых оффшорных зон (притчей во языцех стал "инвестиционный гигант" Кипр) – под эти инвестиции может маскироваться либо возвращение украинских капиталов, когда-то вывезенных из страны, либо инвестиции российского бизнеса.
     Тревогу вызывает именно непрозрачность этого процесса, непредсказуемость, что не способствует здоровью экономических отношений.
     К слову, что в этом году прямые иностранные инвестиции Украины в Российскую Федерацию, хоть и значительно уступают по сумме, но составляют 53% от общего объема и «поднимают» Россию на первую позицию этого рейтинга.
     Не так давно заместитель главы Администрации президента Российской Федерации Сергей Приходько озвучил позицию российской стороны о необходимости сохранить стойкость политической власти и внутреннюю стабильность в Украине. Если спроектировать эти слова на ныне функционирующую систему власти, то единственно возможным путем к такой стабильности видится достижение баланса в системе координации интересов, находящихся при власти (либо лояльных к ней кругов и бизнес-групп), конкурирующих между собой, в частности за право влиять на главу государства.
     По словам политолога и политика Николая Томенко, за десятилетие правления и ведения своеобразной кадровой политики в стране, Леонид Кучма выработал эффективную «систему сдерживаний и противовесов», которая замыкается на нем самом. Президент не допускает, чтобы любая из украинских финансово-промышленных ("бизнес-административных") групп стала достаточно сильной, чтобы доминировать над ним (если же такое случается, с группой расправляются политическими методами, как в случае с Павлом Лазаренко или Юлией Тимошенко), сохраняя своеобразное напряжение в отношениях политических сил, в том числе из своего окружения, то приближая, то отдаляя их от себя. Таким образом, Президенту удается удерживать в кругах принятия решений и обеспечивать себе поддержку сразу нескольких влиятельных и экономически сильных групп, имеющих разные и много в чем конкурентные отношения. При этом ему удается сохранять за собой «право вето» в процессе принятия ключевых решений.
     Как уже было сказано, украинские и российские ФПГ проявляют взаимный интерес, конкурируют и пытаются реализовать свои интересы. Поэтому отношения с Россией занимают видное место в повестке дня основных групп в украинском истеблишменте.
     Наиболее внимательной к тенденциям динамики и специфике развития парадигмы экономических отношений с Российской Федерацией можно считать группу СДПУ (о), одним из лидером которой является нынешний глава Администрации Президента Украины и одна из ключевых фигур нынешнего политикума Виктор Медведчук. Группа также известна как «группа Медведчука-Суркиса», в чьих бизнес-интересах лежат электроэнергетика, рынок нефти и газа, металлургия, судостроительство, производство алкогольных и безалкогольных напитков, сахарная промышленность, спорт. Важной составляющей бизнес-среды СДПУ(о) является "группа Динамо-Киев". Группа владеет консорциумом «Металлургия», суммарные активы которого составляют около $ 500 млн., контролирует несколько банков, предприятия, ряд оффшоров.
     При этом главное место отведено энергетической сфере, что, на ряду с прочим, завязывает СДПУ(о) на необходимости влиять на формирование внешнеэкономических отношений с Российской Федерацией. С 2002 года, вследствие развала бизнеса россиянина Константина Григоришына, под контролем СДПУ(о) пребывают около 40% «Полтавоблэнерго», 27% «Прикарпаттяобленерго», 35% «Одессаобленерго», 40% «Суммыобленерго», 40% «Чернигивобленерго», 84% «Херсонобленерго», 75,56% «Житомиробленерго», 60% «Кировоградобленерго», 70% «Севастопольобленерго», часть акций «Тернопольобленерго» и «Львовобленерго».
     По сообщениям СМИ, Медвечук был близок к окружению экс-главы администрации президента России А.Волошина; после падения последнего связи с российским политикумом ослабли, но СДПУ(о) продолжает считаться одним из основных проводников российских интересов. Такая ориентация дополнительно подогревается тем, что многие видные бизнесмены и политики, возглавляющие группу, подозреваются на Западе в отмывании денег, и поэтому имеют проблемы с получением виз и контактами в западных бизнес- и политических кругах.
     Группа Василия Хмельницкого также связана с СДПУ(о). По словам политолога Костя Бондаренко, капитал этого бизнесмена и политика имеет российское происхождение, а сам Василий Хмельницкий является человеком, близким к президентской семье. Структуры его бизнеса контролируют 25% акций «Киевэнерго», а также ЗАТ «Хлеб Киева» и «Запорожьесталь».
     В бизнес-среду СДПУ(о) входят также фирма адвокатских услуг B.I.М (контролирует адвокатский рынок в Украине и представляет юридическое сопровождение структур СДПУ(о)); компания «Инфокс» (ныне контролирует значимую часть рынка бензина и нефтепродуктов Украины; вместе с «Динамо-Киев» создает «Кременчуцкую нефтеную компанию», которая в 2001 году арендовала у предприятия «Укртатнефть» нефтеперерабатывающий завод); к партнерам и неформальным сателлитам группы некоторые эксперты также причисляют руководителя Украинской аграрной биржи Богдана Губского и министра обороны, екс-секретаря СНБО Украины Евгения Марчука.

«Днепропетровская группа» является немонолитной бизнес-средой (можна выделить несколько групп интересов), а в политикуме представлена политической силой пророссийской левоцентристской ориентации «Трудовая Украина». Ее неформальным лидером и фактическим основателем является зять Президента Украины Виктор Пинчук. В свое время работавший в связанных с опальным Павлом Лазаренко проектах, Виктор Пинчук создает компанию «Интерпайп», специализированную в металлургической отрасли и производстве труб большого и среднего диаметров (владеет ОАО «Нижнеднепровский трубный завод», ОАО «Новомосковский трубный завод», ЗАО «Никопольский завод бесшовных труб», ОАО «Никопольский завод феросплавов»), сахарной индустрии (владеет шестью заводами по производству сахара в Украине).
     Длительный строк «Интерпайп» также является спонсором московского театра имени Ленинского комсомола.
     Интересы Пинчука в России связаны как с необходимостью реализовать продукцию подконтрольных предприятий (прежде всего труб), так и с "перспективными" лоббистскими проектами (прежде всего – названным выше проектом ТНК по "реверсному использованию" трубопровода Одесса-Броды).
     Бизнесмен и политик, сын бывшего главы Службы безопасности Украины и близкого друга Кучмы Леонида Деркача, Андрей Деркач представляет бизнес-среду, которая является также «Днепропетровской». Политолог Кость Бондаренко оценивает самого Андрея Деркача как самопозиционируемого "самым пророссийским политиком Украины". Он владеет затратным политическим проектом «Центр», лозунгом которого является «Движение Украины в Европу вместе с Россией», имеет тесные контакты и является меценатом Украинской Православной церкви Московского патриархата, поддерживает русскоязычные медиа Украины.
     Группа «Приват» декларирует "политическую незаангажированность", но использует «Трудовую Украину» в качестве лоббиста своих интересов. В начале 1990-х годов был создан «Приватбанк», бизнес-група которого, в период сотрудничества с Павлом Лазаренко, активно лоббировала российские интересы и интересы связанной с металлургической отраслью украинской бизнес-среды. В широкую ныне среду «Приват» входят «Приватбанк», «Сентоза», «Вист», «Солм», а также «Приватинвест» и «Москомприватбанк» (Москва). С начала 2003 года «Приват» контролирует «Укрнафту», владея при этом контрольными пакетами акций восьми НПЗ Украины.
     Также в сфере влияния группы Виктора Пинчука находится финансовая группа «ТАС», созданная в 2001 году нынешним главой Национального банка Украины Сергеем Тигипко, который, по мнению многих экспертов, может быть объявлен "преемником Кучмы" и претендентом на пост Президента.

«Донецкая» группа имеет политическое представительство через фракцию партии «Регионы Украины», а также лояльность премьер-министра Виктора Януковича, первого вице-премьера и министра финансов Николая Азарова и вице-премьер-министра по вопросам ТЕК Андрея Клюева.
     «Донецкие» объединяют несколько влиятельных групп – Индустриальный Союз Донбасса (крупный газотрейдер, покупатель газа у компании «Итера» в Туркменистане и Узбекистане; кроме контроля над большим количеством отечественных предприятий, также контролирует, совместно с ЗАТ «АРС», корпорацию «Укруглемаш» (шесть украинских заводов и два российских предприятия)), Концерн «Энерго» (в свое время продвинулся на рынок кокса и металла; контролирует украино-кипрско-либерийское СП САТ «Концерн Енерго», украино-либерийское СП САТ «САВИ», зарегистрированную в Голландии фирму Indtec Finance B.V.), зарегистрированное в Ирландии предприятие Homerton Trading Itd. Также владеет многими предприятиями в Украине, а также двумя на территории Российской Федерации – шахта «Заречная» и шахта «Костромская» на территории Кузбасса), бизнес-среду президента футбольного клуба «Шахтер» Рената Ахметова (капиталы, по данным украинской и польской прессы, вычисляются в миллиардах долларов США).
     Наряду с прочим, близкая Ренату Ахметову группа АРС владеет Каменским и Шахтинским машиностроительным заводами на територии Российской Федерации).
     К донецкой бизнес-среде также относится группа Андрея и Сергея Клюевых («Донбасскабель», «Донецккокс», Артемовский завод по обработке цветных металлов; интересы в региональной энергетике), структура народного депутата Александра Лещинского «Укринтерпродукт» (крупнейший оператор на рынке продовольственных товаров Украины), владеющая значительными промышленными активами компания «Радон».
     Как и для других групп, энергозависимость металлургии определила необходимость тесных связей с российскими поставщиками. Да и стереотипно принципиально русскоговорящий Донецк многими воспринимается как "российское лобби". Однако логика конкуренции как раз во многом сталкивает донецких и россиян как соперников: в угольной отрасли, в металлургии, в доступе на энергетический рынок (в отличие от днепропетровцев, донетчане только пытаются на него выйти; с этим, в частности, эксперты связывают позицию представителей донецких в правительстве по поводу прямого, "европейского" использования трубопровода "Одесса-Броды").
     Донетчане первыми из украинских ФПГ попытались выйти и на европейский рынок не только как продавцы сырья, а и крупные инвесторы (намереваясь приобрести металлургический завод в Ченстохове, Польша). Но скандал вокруг приватизации Гуты Ченстоховой, по мнению некоторых обозревателей, может толкнуть руководство донецких к более тесным отношениям с российскими партнерами – если вновь не возобладают правила конкуренции, которые пока часто сильнее, чем декларации о "вечной дружбе".

Близость хозяйственных связей, а также схожесть политической эволюции Украины и России определило тот факт, что отношения (прежде всего экономические) Россией важны не только для окружения Кучмы, но и для политической оппозиции. Поэтому несостоятельны прогнозы, представляющие, например, победу В.Ющенко на президентских выборах с "неизбежным ухудшением" украино-российских отношений.
     Оппозиционные силы также имеют свои интересы в связях с Россией – только декларируют, что реализация этих связей должна быть более прозрачной.
     В частности, в среде политического блока «Наша Украина» можно выделить несколько влиятельных групп.
     Концерн «Укрпроминвест» (98% акций владеет оффшорная компания «Агропродимпекс Корпорейшн») создан и возглавляем одним из ключевых политиков блока «Наша Украина» Петром Порошенко. Последний владеет четырьмя крупнейшими кондитерскими фабриками в Украине, а также Липецкой кондитерской фабрикой «ЛиКонф» на территории Российской Федерации, объединенных в корпорацию «Roshen», изготовляющую 30% отечественных сладостей. Непосредственно Петр Порошенко также владеет банком «Мрия», рядом объектов пищевой промышленности и предприятиями автомобильной отрасли (контролирует «Укравтозапчастына», торговый дом «ИСТА», Луцкий автомобильный завод).
     Концерн «Орлан» Евгения Червоненко (контролирует часть перевозок по территории Украины и занимается производством безалкогольных напитков), подконтрольный Давиду Жвании ЗАТ «Бринкфорд», АТ «Торговый дом» и СЕЗ «Интерпорт-Ковель» Николая Мартиненко также связаны с Блоком «Наша Украина».
     Таким образом, одни влиятельные оппозиционеры напрямую ведут бизнес в России (Порошенко), другие зависят от российских партнеров-поставщиков или ориентируются на рынки России и СНГ для сбыта продукции.

Мелкие группы («луганские», «харьковские», «одесские» и др.) можно считать своеобразными сателлитами влиятельных групп для достижения интересов. Так, политики Валерий Хорошковский и Инна Богословская – выходцы из "киевской номенклатурной" и "харьковской" групп соответственно, зачисляются обозревателями в группу людей Виктора Пинчука. Несмотря на попытки сохранить независимость (и даже существование собственной фракции в парламенте), "луганская" группа стала сателлитом "донецкой".
     Эти "группы второго порядка" вынуждены идти в фарватере "грандов", принимая их интересы как данность и отстраивая свои отношения с партнерами – и в том числе российскими – по логике своих "патронов".

Итак, интересы фактически всех влиятельных украинских финансово-промышленных групп так или иначе касательные экономических отношений с Россией. Очевидным объяснением является то, что в течение всех прошедших лет - (за исключением 2002 года, когда экспорт Украины в Россию упал до 17,8% общего объема, но при этом импорт из России в Украину возрос до 37% общего объема) – в среднем 25-30% украинского экспорта и импорта было ориентировано на Россию. Кроме того, Российская Федерация является основным поставщиком энергоносителей в Украину.

При всем этом, связь групп в украинской элите с российским капиталом и властью строится пока не прямо, а опосредованно (энергоносители, бизнес-контакты, лоббистские влияния) и носит характер не подчинения, а "кооптирования" (когда через украинских партнеров россияне лоббируют то или другое решение).

При этом структура экономики и, следовательно, внешней торговли толкает украинские элиты также к активным контактам на Западе – со США, Евросоюзом, Центральной Европой. Это открывает украинской элите определенную свободу маневра, но, вместе с тем, может загнать ее в ловушку "в ЕС вместе с ЕЭП – в ЕЭП вместо ЕС" (когда заведомо невыгодные решения могут быть "выдавлены" из Украины соседями путем игры на противоречиях в украинской элите, использовании эмоций и обид по отношению к западным партнерам и т.п.).

То, воспользуется ли украинская элита возможностью маневра или будет поймана в ловушку, зависит от того, насколько эффективной является система принятия решений. А эта эффективность не в последнюю очередь зависит от умения сопоставлять личные и групповые интересы с национальными. Для обеспечения же такого сопоставления система принятия решений должна быть достаточно открытой и прозрачной, построенной на взаимном контроле политических субъектов и их общей подконтрольности гражданам.

В результате эволюции основных групп в украинской элите каждая из них сформировалась как бизнес-среда, и именно это предопределяет их интересы, порой политически и экономически конкурентные. Борьба за их достижение и является приоритетом, что в условиях нынешнего политического режима существенно снижает возможность мотивации внешнеэкономических отношений общенациональными интересами. Последние остаются в тени изменчивых экономических приоритетов для той или иной группы, сумевшей попасть во временный фавор Президента.

В то же время, конкуренция за влияние в окружении Президента во многом предопределяет динамику нынешней системы власти, что оберегает от риска консервации действующего политического режима. Характер же дальнейших изменений зависит от того, какая политическая сила сумеет занять ключевые позиции после президентских выборов и в какой роли предстанет сам нынешний Президент, что станет также и фактором, определяющим парадигму и динамику экономических отношений с Россией.
     Советник правительства Украины и участник Фонда Карнеги в Вашингтоне, экономист Андерс Ослунд, склонен выделять четыре типа украинских «олигархов» (не прибегая к ярлыкам, но лишь цитируя автора). Озвучивая их во время международной конференции «Украина в Европе и в мире», Андерс Ослунд однозначно представил группу «Медведчука-Суркиса» прототипом тех, кто контролирует силовые структуры и, наиболее рьяно из всех четырех типов, стремится законсервировать систему действующей власти.
     За последнее несколько месяцев группа СДПУ(о) практически поглотила кадровый ресурс силовых структур, заполненный ныне людьми, близкими к главе Администрации Президента Украины Виктору Медведчуку. После недавнего увольнения с поста министра топлива и энергетики Сергея Ермилова (занимал бескомпромиссную позицию относительного прямого использования нефтепровода Одесса-Броды, что противоречило интересам российских нефтяных компаний, среди которых «ТНК ВР»; расходился с официальной позицией власти по вопросу Газотранспортного консорциума; имеет личные противоречия с близким к группе Пинчука и СДПУ(о) главой «Нефтегаз Украина» Юрием Бойко) можно также уверенно говорить об ослаблении позиций Донецкой группы Виктора Януковича в пользу конкурирующих сил, активно лоббирующих интересы российского капитала в Украине.
     Если еще в 2002 году власть допускала торгово-экономические баталии между Украиной и Россией в виде взаимных обвинений, введения квот и пошлин на товары, что привело к падению украинского экспорта почти на 20% и вынужденным поискам новых рынков сбыта продукции (в основном в странах Азии и Северной Африки), то в самом начале 2003 года Виктор Медведчук уже публично заявил о приоритетах партнерства и взаимоподдержки с Росийской Федерацией, подтвердив слова согласием на Единое экономическое пространство и Газотранспортный консорциум. Серьезной уступкой являлось соглашение об украинско-российском контроле Керченского пролива (между островом Тузлой и Керченским полуостровом), поскольку украинская сторона теряет как источник бюджетных средств, ранее получаемых от уплаты за проход через пролив российских кораблей, так и возможность контролировать вход в Азовское море кораблей третьих стран. Несмотря на продолжающиеся "протекционистские войны", общий товарооборот между Украиной и Россией в 2003 году составил $ 13 млрд., что на 36,3% выше, чем годом раньше.
     Стоит заметить, что, по данным Украинского центра экономических и политических исследований имени Александра Разумкова, 64% из всех опрошенных экспертов определили будущее страны в случае избрания президентом Виктора Медведчука как «эволюцию в направлении авторитаризма». Эта сила сегодня является наиболее амбициозной относительно политической власти и уделяет немало усилий, чтобы гарантировать сохранение и укрепление политического status quo действующего режима, и в первую очередь – заручится перед выборами (для проведения сценария "политической реформы", который должен передать власть в руки подконтрольному сегодняшнему истеблишменту премьеру) поддержкой со стороны России.
     В случае, если группа сумеет использовать проект политической реформы и остаться у рычагов власти, то будет и далее лояльной к российской стороне. При этом вероятно переведение внешнеэкономических отношений в более равноправную дискуссию, но ее неформальный и непрозрачный характер, как и ориентация на узкие интересы, сохранятся.
     Имеющая мощнейший экономический потенциал, "донецкая" группа имеет в первую очередь потребности экономического влияния. При условии гарантии последнего, они, вероятно, поступятся политическими амбициями кандидата нынешнего премьер-министра Виктора Януковича. Находясь при власти и имея сильные позиции, фактически контролируя сектор экономики и госфинансов, представители группы пытаются максимально расширить бизнес. Они не идут на экономические компромиссы с российской стороной (очередное свидетельство тому - нынешнее противоречие с интересами российского капитала в приватизации горно-обогатительного комплекса – приоритетно “Укррудпрома”), если страдают их интересы, и в то же время ищут выгоду в явно перспективных внешнеэкономических отношениях с Западом.
     Вопреки стереотипам восприятия ИСД как пророссийского лобби, Союз во многом является конкурентом представителей российского бизнеса. Розвитие ИСД сегодня связано с аверсным использованием нефтепровода Одесса-Броды, ИСД имеет приватизационные интересы на Западе. Большие экономические планы строились вокруг тендерного процесса по продаже польского металлургического комбината “Гута Ченстохова”. Сперва единогласно признав преимущество “Индустриального союза Донбасса”, а в последствии заявив уже о продаже комбината компании LNM (Антильские острова), тендерная комиссия не только спровоцировала скандал на международном уровне, но и послала своеобразный импульс украинскому бизнесу: назад, на восток. Но в то же время, симптоматически метким представляется мнение главы центра Экономического развития Александр Пасхавера о том, что решение поляков должно стать сигналом для начала целенаправленной работы государства и самих компаний по улучшению внешнеэкономического и внешнеполитического имиджа страны.
     Прагматика экономических интересов таких групп как “донецкая” и “днепропетровская”, манящая их бизнес на Запад, так или иначе предопределяет тяготение к обновлению практики внешнеэкономических отношений, и в первую очередь с Российской Федерацией. Постепенно они будут выводить эти отношения на качественно новый уровень – замены неформального общения международным правом. Сегодня это вопрос доверия или недоверия международного бизнеса, что напрямую связано с экономическими интересами групп – к сожалению и как не прискорбно - не страны целиком.
     Для того, чтобы заставить правящие круги мыслить более стратегически, учитывать национальные интересы страны, было бы полезно приучить их действовать без поддержки административных рычагов, исключительно экономическими методами. Для этого возможен один путь – переход их из власти в оппозицию. Высокие шансы В.Ющенко стать президентом показывают, что украинское общество готово к логике "маятниковой" замены элит при власти (когда одни группы сменяют другие – и вынуждены вести осмотрительную политику, потому что на практике знают, что могут очутиться в оппозиции).
     Таким образом, надежды по достижению уровня внешнеэкономической политики, которая бы отображала реальный национальный интерес и следовала общегосударственной экономической целесообразности, связаны сегодня с приходом к власти оппозиционных сил.
     Во-первых, речь идет о системных изменениях в самой структуре власти, необходимой для дальнейшего перехода к качественно новой парадигме построения внешнеэкономических отношений Украины на международной арене и в Российской Федерации, в частности. Это новое качество позволит вывести из тени и трансформировать саму форму отношений с ориентацией на общепринятые правила и нормы и постепенно отдалятся от тотального приоритета группового интереса перед национальным. При этом не исключается риск относительно тех политиков в оппозиции, кто заинтересован в формальном перераспределении собственности и готов продолжать игру по правилам бывшей власти, но на ее месте (это тоже тип “олигархов”, который признает Андерс Ослунд). Важно также и то, многие ли бизнесмены из нынешней оппозиции будут готовы жертвовать частью собственных интересов во имя общенациональных. Для обеспечения положительных ответов на эти вопросы Украине, очевидно, все же придется осуществить конституционную реформу.
     Во-вторых, такие системные изменения позволят предстать перед лицом и сконцентрировать ресурсы на разрешении реальных и актуальных проблем российско-украинских отношений. К примеру, можно привести оценку главы торгово-экономической миссии в составе посольства Украины в Росийской Федерацией Игоря Веремия ряда ключевых проблем:

  • проблемы компаний при прохождении таможенных процедур (получение сертификатов происхождения, определение стоимости товара и минимальной таможенной стоимости), наряду с прочим, обусловленные относительно недавней корректировкой таможенного законодательства и в России, и в Украине, что вынуждает предприятия приспосабливаться к новым условиям; отсутствие таможенных лицензионных складов для украинских экспортеров и нехватка информации о потенциальных российских партнерах;
  • проблемы поддержки имиджа конкурентоспособности страны и самих украинских компаний;
  • правовой нигилизм компаний (к примеру, многие компании не знают о существовании Соглашения о кооперации, которое позволяет минимизировать потери украинских компаний на российских рынках);
  • проблемы скоординированности работы украинских экспортеров;
  • проблемы с возмещением НДС для экспортеров;
  • региональные ограничения работы украинских компаний с Россией (охвачено лишь тринадцать регионов РФ);
  • украинский малый и средний бизнес серьезно уступает российскому в наличии финансовых ресурсов;
  • прецеденты необъективности антидемпинговых расследований россиян по отношению к украинским компаниям;
  • прецеденты откровенного демпинга украинских компаний;

     В-третьих, смена системы власти, заложившей в начале 1990-х годов и превратившая в страшный миф дней нынешних парадигму «глухого угла» экономических отношений с Российской Федерацией, позволит увидеть и признать новые для Украины перспективы:

  • достижение рентабельности предприятий путем структурных изменений в экономике - неэнергоемкого high-tech, обновление морально и физически сношенного оборудования, урегулирование рынка электроэнергетики (по мнению Андерса Ослунда, одним из мотивов покупки активов электроэнергетического рынка Украины является их экономическая оправданность для российских электрических компаний; они очень дешевые, поскольку регуляторная ситуация и ситуация с корпоративным управлением и рентабельностью являются крайне сложными);
  • крупные российские финансово-промышленные группы, чей капитал присутствует на рынке Украины уже давно не отождествляемы с правительством России. Это бизнес-интересы, с которыми можно эффективно и выгодно работать, как на территории Украины, так и лоббировать экономические интересы государства в России.

     В целом, все ключевые полит-экономические силы в Украине связаны интересами с Россией, и при любом повороте политической эволюции разрыва связей не произойдет. Важнее другое: какова будет природа этих связей; насколько украинская элита сможет найти баланс между "эгоистическими" интересами (на которых часто играют российские лоббисты, поддержанные своим правительством) и интересами национальными. Ответ на эти вопросы лежит в природе властных отношений в Украине. Политическая воля на изменение системы власти – необходимость при переходе Украины к внешнеэкономической политике, которая бы отображала реальный национальный интерес и следовала общегосударственной экономической целесообразности. Важно то, что именно оппозиционные силы охватывают группу тех людей, кого зачастую характеризируют идеалистами, готовыми и жаждущими конкретных перемен, но пребывающих в меньшинстве и не имеющих инструментов для их воплощения. Но это и есть «летящая на гребне истории» элита, чье моральное и ценностное измерение делает их готовыми к тому, чтобы дать политическую волю на системные изменения и энергию на их общественную поддержку.

В работе использована информация из таких источников:
Бондаренко К. Хто чим володіє в Україні.- http://www2.pravda.com.ua.
Государственный комитет статистики Украины.- http://www.ukrstat.gov.ua.
Кисельов С. Фінансово-промислові групи України: велика риба в каламутній воді // Вісник Школи політичної аналітики.- 2002.- №2.- http://www.spa.org.ua.
Кристофер Лэш. Восстание элит и предательство демократии. - М.: Логос & Прогресс, 2002. - 224 с.
Материалы международной конференции «Украина в Европе и в мире». - Киев, 20.02.2004.
Сучасна Україна: політичні олігархи, синдикати // Політичний календар (Під ред. М.Томенка)– 1999.- №2.
Томенко М. Сучасна Україна: Політичні олігархи, холдинги, синдикати //Точка зору. – 1999.- квітень.- С.13. Хто є хто в Україні. – К.: “К.І.С.”, 2000.

Print version
EMAIL
previous ЛЕВЫЙ ФЛАНГ В РОССИИ ОТМИРАЕТ О НЫНЕШНЕЙ СИТУАЦИИ В КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (КПРФ) ... |
Александр Куранов
БЕЛОРУСЫ И РУССКИЕ: ПРОСТРАНСТВО И ИДЕНТИЧНОСТЬ |
Юрий Шевцов
next
ARCHIVE
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.