ISSUE 1-2004
INTERVIEW
Александр Куранов
STUDIES
Сергей Маркедонов Григорий Голосов Ярослав Шимов Александр Куранов
RUSSIA AND ITS NEIGHBOURS
Ирина Клименко  & Ростислав Павленко Юрий Шевцов Томаш Шмид
OUR ANALYSES
Юрий Шевцов
REVIEW
Вацлав Рамбоусек
APROPOS


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
RUSSIA AND ITS NEIGHBOURS
КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ИСТОРИИ ГРУЗИНО-РОССИЙСКИХ ОТНОШЕНИЙ
By Томаш Шмид | политолог, Чешская республика | Issue 1, 2004

Грузинское королевство вошло в состав Российской империи в 1783 году после подписания так называемого Георгиевского трактата. В рамках царской России Грузия обладала статусом автономии. Несмотря на то, что суверенитет грузинского королевства был формально сохранен, его права поддерживались лишь в виде протектората.
     Посредством присоединения к России грузинское дворянство решило оградить свою родину от бесконечных вторжений со стороны Турции и Персии, которые в значительной мере истощяли государство. Помимо этого, поводом для присоединения послужил и религиозный вопрос. Дело в том, что большинство грузин исповедует православие – так же, как и русские. То есть необходимо подчеркнуть, что присоединение Грузии к России прошло на более или менее добровольной основе.
     Однако, спустя некоторый период времени после подписания Георгиевского трактата, несмотря на предыдущие соглашения, Грузия была фактически полностью подчинена России. Ее территория была разбита на губернии, а посты губернаторов распределялись строго по усмотрению царской администрации. Подобные действия со стороны России повели к тому, что в Грузии вспыхнул ряд восстаний, целью которых было возобновление суверенного грузинского королевства и передача верховной власти в государстве наследнику грузинского престола Александру. Однако, восстания были потоплены в крови – между причим также по причине нестабильной ситуации в Европе, связанной с наполеонскими войнами. Россия не могла себе позволить какие-либо признаки бунта, так как потеря Грузии бы однозначно повлияла на международный престиж царского двора. Свою роль также сыграли опасения возникновения среди грузинских бунтовщиков симпатий по отношению к Франции.
     Э. Сулейманов в своих публикациях приводит, что начиная с данного периода, в Грузии появляются два основных идейных течения: русофилия – и русофобия. Русофилы, то есть приверженцы концепции совместного существования Грузии и России в рамках Российской империи, подчеркивали прежде всего религиозное родство обоих народов, а также предоставление возможности мирной жизни – спустя несколько столетий кровавых войн с османами (турками) и персами.
     Напротив русофобы стремились обратить внимание общественности на то, что именно Грузия потеряла после фактической аннексии со стороны России – на ее государственный суверенитет. По их мнению, грузинское королевство даже в течение длительного периода сокрушительных наездов турок и персов все же оставалось независимым государством и могло свободно решать свою судьбу. Одним из основных аргументов защитников грузинского суверенитета был факт нарушения российской стороной Георгиевского трактата.1
     Таким образом, современный грузинский национализм, история которого начинается, аналогично стремлению других народов к эманципации, во второй половине XIX века, побудил грузин к обретению если не полной независимости, то, по крайней мере, статуса автономии, обеспечиваемый их государству Георгиевскиим трактатом.
     Рубеж XIX – XX веков в Грузии характеристичен нарастанием недовольства по отношению к России. Прекращение существования Османской и Персидской империй ободрило грузин. Основным приоритетом обоих государств стало стремление удержать хотя бы минимальную власть, а об экспансии за пределы своих границ ни одно из них даже и не помышляло, так как обе бывшие державы уже не располагали соответствующей мощью. В Грузии как неотъемлемой части царской России, однако, имели место репрессии ряда групп со стремлением к эманципации.
     После Октябрьской революции 1917 года Грузия была провозглашена независимой республикой, однако, просуществовала она всего лишь три года, а потом, в 1921 году была занята советской Россией.
     В рамках СССР развитие взаимоотношений несколько замедлилось, так как общество того периода было вынуждено решать проблемы несколько иного характера. Во всяком случае имела место повсеместная русификация, а отношения между русскими и грузинами были далеко не идиллическими. С другой стороны, осуществляемое давление носило скорее идеологический и классовый характер, чем национальный. Показателен далее и тот факт, что во главе СССР на протяжении почти 30 лет находился И. В. Сталин – грузин по происхождению. В советские времена Грузия являлась одним из регионов с наиболее высоким уровнем жизни, а потому и излюбленным местом отдыха туристов.
     Недоверие по отношению к мерам, принимаемым московским центром, продолжалось и было со стороны грузин вполне обоснованным. В 1956 году Н. С. Хрущев потопил в крови мирную демонстраци за политическую либерализацию в Грузии, что унесло жизни 150 человек. Так называемая политика слияния, проводимая Н. С. Хрущевым, нацеленная на создание однородного в отношении культуры, языка (подразумевался, естественно, русский) и социальной сферы государства, не была в Грузии встречена пониманием – так же, как и в других союзных республиках. В проектах новых конституций трех закавказских республик от 1978 года СССР стремился к уничижению национальных языков до уровня неофициальных за счет повышения на статус единственного официального русский язык, что вызвало массовое негодование общества, и потому не было в конечном итоге администрацией Брежнева одобрено2. Языкового вопроса касались практически все национальные трения вплоть до конца восмидесятых. По некоторым данным, сопротивление русификации в Грузии было наиболее жестким, что можно объяснить наименьшим по сравнению с другими союзными республиками знанием русского языка местными жителями. В Грузии далее существовало относительно сильное диссидентское движение, которое публиковало в самиздате собственный журнал „Золотое руно“. Многие представители этого движения были в семидесятые годы прошлого века осуждены к длительному тюремному заключению.
     Со вступлением М. С. Горбачева в должность генсека КПСС началась проводиться политика перестройки (имелась в виду перестройка общества) и гласности, в связи с чем требования отдельных наций, входящих в состав СССР, стали рости. В этот период, прежде всего в Прибалтике и в Закавказье, также начали основываться разнообразные националистские фронты – в Грузии такое развитие событий имело наиболее кровавые последствия. 9 апреля 1989 года советская милиция совместно с подразделениями регулярной армии Советского Союза подавило в Тбилиси восстание против советской власти, в следствие чего погибло 19 невинных человек. Далее в Грузии повсеместно возникали нацинальные распри: абхазские и осетинские нацменьшинства поднимались против преобладающих по численности грузин и их стремлениям к централизации власти. В качестве реакции на националистские движения немногочисленных народов союзных республик все более укреплялся национализм русский, или скорее великорусский.
     На парламентских выборах осени 1990 года грузинские националисты победили коммунистов, и государство возглавил лидер победившей партии Звиад Гамсахурдия. Его однозначная решительность в стремлении создать независимую Грузию стала причиной серьезных конфликтов с советским центром. Однако, лозунги типа „Грузию - грузинам“ вовсе не улучшали климата в небольшой по площади, но одновременно многонациональной республике.
     На 17 марта 1991 года был назначен референдум, на котором граждане СССР должны были определить, хотят ли они и в дальнейшем оставаться в составе Союза. Однако, в Грузии, так же, как и в Армении, прибалтийских республиках или, например, в Молдавии, референдум был сорван националистскими лидерами.
     Взаимоотношения грузин с нацменьшинствами стремительно ухудшались. В двух автономных областях – сначала в Южной Осетии, а со временем и в Абхазии – вспыхнули восстания против грузинского господства. Абхазцы и осетины подчеркивали, что в случае, если Грузия имеет право на независимость от СССР, то и Абхазия и Осетия вправе создать суверенные и независимые от Грузии государства. В результате подобных заявлений между обеими сторонами произошел ряд вооруженных столкновений. Взаимоотношения между грузинами и нацменьшинствами ухудшились также юге Грузии, в области, повсеместно населенной армянами и азербайджанцами.
     В отношении югоосетинского и абхазского конфликтов Грузия повторно предъявляла официальной Москве обвинения в подстрекательстве и оказании военной поддержки бунтующим провинциям. Однако, российская сторона всякие обвинения тщательно отвергала и настаивала на версии, что оружие осетинцы и абхазцы или нелегально закупили, или отобрали у отступающих военных подразделений грузинской армии.
     Официальная реакция России заключалась в заявлении, что восстания в Абхазии и Осетии являются естественным следствием радикального грузинского национализма, последовательно внедряемого правительством президента З. Гамсахурдии. Однако, в частных разговорах российские генералы признавали тот факт, что Россия была напрямую заинтересована в конфликтах преобладающих грузин с местными национальными меньшинствами.
     Таким образом, Россия преследовала политическую цель ослабления Грузии и ее последующее включение в состав СНГ в военной, економической и институциональной областях, далее снижение влияния на Южный Кавказ со стороны Турции и США и предотвращения создания Грузией возможной альтернативы относительно транзита азербайджанской нефти.
     Абхазский конфликт полностью изменил военную политику России на Кавказе. Российский генштаб извлек из боев в области ряд выводов. Ранее российские стратеги считали ключевыми для отражения возможного нападения со стороны Турции базы в Армении. Однако, опыт показал, что для удержания кавказского региона под контролем необходимо располагать также базами на территории Грузии. После конфликта в Абхазии на Грузию стало оказываться давление в том смысле, чтобы она как можно быстрее вступила в военный альянс с Россией, которая стремилась к укреплению своего военного присутствия в стране. А потому как грузинская сторона всякие подобного рода предложения жестко отвергала и не намеревалась вступать с Россией в какие-либо политические отношения, последняя решила ослабить кавказскую республику изнутри посредством поддержки абхазских и осетинских сепаратистских движений.
     Абхазской кампании предшествовало насильственое изменение режима в Тбилиси. 6 мая 1992 года власть в стране перешла в руки Эдуарда Шеварднадзе, бывшего члена Политбюро КПСС и министра иностранных дел при правительстве М. С. Горбачева. По мнению ряда аналитиков, непоследнюю роль в процессе замены бескомпромиссного грузинского президента Эдуардом Шеварднадзе сыграли именно московские генералы, так как федеральные власти были в высшей мере обеспокоены действиями З. Гамсахурдии.
     Однако, Э. Шеварднадзе не намеревался выполнять большинство российских требований, хотя и был более сговорчивым, чем его предшественник, действия которого далеко не всегда можно было предугадать. Политика Э. Шеварднадзе была нацелена на приближение ООН и ОБСЕ, а также на последовательное укрепление грузинского государства, прежде всего посредством полного устранения российских военных баз, рассматриваемых в стране вполне естественно как посягательство на государственный суверенитет, с территории Грузии. Официальный Тбилиси до сих пор отказывается от каких-либо предложений относительно создания подобных российских баз где-либо в Грузии.
     Долголетняя политика грузинского центра была направлена на изменение демографической структуры Абхазии таким образом, чтобы на территории автономии в конечном итоге проживало больше грузин, чем абхазцев. На таких условиях абхазцам было крайне сложно достичь отрыва от Грузии и последующего государственного суверенитета – успеха можно была добиться лишь в случае мощной поддержки со стороны России.
     В августе 1992 года парламент автономной республики Абхазия провозгласил ее полную независимость и начал переговоры с Верховным Советом Российской Федерации и представителями российского парламента с целью присоединения к России1.
     14 августа 1992 года против Сухуми выступила танковая дивизия Генгиза Китовани – по некоторым данным, без предыдущей консультации с грузинским президентом. Г. Китовани лично отдал приказ о наступлении на абхазскую столицу и высадке десанта в Гагре, пользуясь возникшими обстоятельствами. Дело в том, что военные подразделения российской армии еще не находились в состоянии готовности, а власть Верховного Совета Абхазии была слишком слаба. В ответ на действия Г. Китовани Верховный Совет Абхазии немедленно обратился за помощью к официальной Москве и потребовал поддержки в противостоянии нападению со стороны Грузии. Однако, Москва сохранила свой формальный нейтралитет, а президент Б. Н. Ельцин подтвердил настоящую территориальную целостность Грузии1.
     Нападение со стороны Грузии осудила Конфедерация народов Кавказа, созданная при активной поддержке РФ. Конфедерация также призвала к собранию добровольцев с целью оказания помощи „братьям - мусульманам“ в Абхазии. Официальная Москва принимала в этой кампании немалое участие; существуют даже неподтвержденные данные об активном включении России в создание так называемого абхазского батальона, возглавляемого чеченским командиром Шамилем Басаевым.
     Министерство иностранных дел России заблокировало всякие усилия со стороны Э. Шеварднадзе, который стремился к приобретению международной поддержки. Вместо этого российский МИД предлагал свои услуги в качестве посредника, что однозначно указывало на факт, что Россия считает регион сферой исключительно собственных интересов.
     Последующее перемирие в середине мая 1993 года, заключенное при участии постоянного представителя РФ в Абхазии Б. Н. Пастухова, казалось результатом стремлений России к примирению обеих сторон, и было также нацелено – по крайней мере, это следует из официальных заявлений, – на скорейший созыв мирной конференции под наблюдением ООН.
     Под эгидой настоящих дипломатических мероприятий абхазцы создавали вооруженные силы и готовились к новому наступлению – и такая подготовка не могла быть не замечена российской армией. Наступление со стороны Абхазии, в течение которого грузинские подразделения были вытеснены за реку Ингури, началось 19 (по абхазским данным, 27) сентября. Абхазцы полностью игнорировали присутствие наблюдателей, а перемирие, гарантированное российской стороной, таким образом, превратилось буквально в клочок бумаги.
     Э. Шеварднадзе был возмущен потерей Абхазии и обратился на Запад с просьбой предоставить военную помощь. Однако, тем самым он оказался под сильным военным давлением со стороны абхазских сепаратистов и грузинских националистов – приверженцев З. Гамсахурдии, передвигающихся по западу страны, а также под политическим давлением официальной Москвы.
     Западную Грузию охватило восстание приверженцев изгнанного президента З. Гамсахурдии, которое могло стать для ослабленного режима Э. Шеварднадзе роковым. К середине октября повстанцы приблизились к городу Кутаиси в центральной Грузии, в следствие чего сама столица оказалась под непосредственной угрозой. Тбилисскому правительству не оставалось ничего другого, как просить помощи у России. Тем самым Грузия обязалась к сохранению российских военных баз на своей территории, а также ко вступлению в состав СНГ, чему ранее упорно сопротивлялась.
     В обмен на расположение российских военных баз на грузинской территории официальная Москва, в свою очередь, обязалась одобрить сохранение формального господства Грузии над Абхазией.
     Во время грузино-абхазо-российских переговоров в Женеве Россия настаивала на сохранении принципа целостности грузинского государства, однако, неофициально побуждала абхазцев не отступать от своих максималистских требований.
     В октябре 1993 года Грузия вошла в состав СНГ, а в феврале 1994 года было подписано Соглашение о дружбе и сотрудничестве между Грузией и Россией. На основании общих деклараций документ также содержал вполне конкретные положения касательно размещения российских военных баз на территории Грузии и российских пограничных отрядов на грузино-турецкой границе. Таким образом, военные базы были созданы в окрестностях города Ахалкаки на юге Грузии, далее в Аржарии, недалеко от Тбилиси, в Азиани и в Абхазии.
     Скорее всего, Россия поддержала сепаратистские движения в Южной Осетии и в Абхазии – то же она могла предпринять и в юговосточных регионах страны, густозаселенных армянами и азербайджанцами, в случае, если бы Грузия не приняла всех российских требований.
     В соглашениях, достигнутых между Тбилиси и Москвой, предполагалась помощь и непосредственное участие России в процессе возвращения абхазской автономии в состав Грузии, а также посреднические услуги в возвращении нескольких сотен тысяч грузинских беженцев обратно в Абхазию. Эти факты были не раз подчеркнуты в официальных заявлениях грузинских властей. Однако, дальнейшее развитие событий в регионе свидетельствует об обратном, то есть даже серьезные уступки со стороны Тбилиси не повлекли за собой ответных мероприятий со стороны Москвы в отношении выполнения ею данных обещаний.
     Очередным поводом для усугубления конфликта между обоими государствами послужила позиция Грузии по отношению к соседней Чечне и чеченцам вообще.
     Официальная Москва воспользовалась неспособностью грузинского правительства защищать тяжелодоступные границы собственного государства и обвинила грузинские власти в поддержке чеченского сепаратизма, что было попутно использовано в целях массивного давления на Грузию. В этой связи Россия даже угрожала военным вторжением. Наиболее проблематичным регионом оказалось Панкисское ущелье, которое практически вышло из-под контроля грузинских властей. Ущелье держали в своих руках вооруженные чеченские бандформирования и группировки, занимающиеся контрабандой оружия и наркотиков.
     После того, как федеральные власти прибегли к использованию в целях давления на Тбилиси обвинений в поддержке терроризма, Грузия обратилась за помощью к США. Американские власти выслали в регион специальные отряды, задачей которых было обучить грузинские подразделения борьбе против терроризма. Такие действия естественно рассматривались со стороны РФ как возможный повод к устранению из Грузии российских военных баз. Настоящее развитие событий также свидетельствует о том, что задействование Грузией официального Вашингтона в дальнейшем заметно повлияет и на соседние с грузинским государством республики Закавказья.
     Грузино-российские взаимоотношения отягощены интересами России, которые вполне возможно рассматривать как империалистские. РФ стремится сохранить свое влияние на Грузию, которая представляет собой стратегическую область высшей для России важности. Российская сторона пользуется каждым удобным случаем для того, чтобы вмешаться в внутренние дела Грузии. Последний такой случай имел место в период кризиса, наступившего после свержения Э. Шеварднадзе: новый грузинский президент Михаил Саакашвили не был после своего торжественного введения в должность впущен на территорию грузинской автономной республики Аджария, возглавляемой Асланом Абашидзе, которого можно расценивать и как промосковского лидера, и как проанкарского. На территории Аджарии находится одна из российских военных баз, далее автономия неплохо зарабатывает на торговле с Турцией и считается одной из наиболее богатых областей Грузии. И хотя кризис был в конце концов преодолен и президент М. Саакашвили все же посетил Аджарию, Москва и в этом случае сыграла отнюдь не маловажную роль – федеральные власти представились в качестве защитника автономии. Таким образом, официальная Москва является тихим гарантом того, что Абхазия и Южная Осетия не будут подпадать под контроль грузинских властей, хотя и являются формально неотъемлемыми частями Грузии. Таким образом, вполне обосновано мнение, что обе автономии могут со временем, то есть после наступления приемлемого политического климата, войти в состав Российской Федерации.
     Федеральные власти заинтересованы в поддержании сильного влияния на Грузию также по экономическим причинам. В будущем Грузия возможно станет государством, в частности через территорию которого будет проведен нефтепровод Баку – Джейхан, что естественным образом злит Россию, так как поведет к значительным финансовым потерям с ее стороны.
     Грузинская энергетика находится весьма продолжительный период времени в довольно непростой ситуации. Значительный потенциал пригодных рек в настоящее время используется лишь частично из-за неудовлетворительного технического состояния ряда гидро- и тепловых электростанций. Годовой объем производства Грузией электрической энергии лишь в малой мере способен обеспечить потребности государства, поэтому жизненно необходим импорт энергоносителей из России и Армении. Прежде всего в зимние месяцы ситуация по обеспечению электроэнергией критическая. В 2002 году в следствие влияния климатических условий имели место частые перебои в поставках электроэнергии и газа. Даже в Тбилиси целых две недели не было ни поставок газа, ни электроэнергии. Для грузинской стороны энергетическая зависимость от России и Армении в высшей степени не выгодна. Армения является союзником РФ, а отношения с Грузией накалены – прежде всего из-за ситуации, сложившейся в провинции Джавахети на юге Грузии, где большинство населения представляют армяне – наиболее численное нацменьшинство в Грузии.
     В завершение необходимо привести некоторые взаимосвязи. Грузино-абхазская и грузино-осетинская проблематика являются лишь частью проблематики основной, то есть российско-грузинских отношений, а национальные конфликты в Грузии, таким образом, являются всего лишь составной частью выше упомянутого, так как официальная Москва использует абхазцев и осетин в своей внешней политике по отношению к Грузии. Россия защищает свои стратегические интересы в Грузии, а Грузия, в свою очередь, проводит со времен распада СССР прозападную политику, так как не переживает по отношению к РФ особенных симпатий, что дано исторически. Грузия стремится создать тесные взаимоотношения с Западом и Турцией – за счет охлаждения отношений с Россией, которая с недовольствием следит на настоящими тенденциями во внешней политике страны. Недавно избранный президент М. Саакашвили уже неоднократно заявил, что долгосрочной целью грузинской внешней политики является вступление в НАТО, а после и в ЕС. Однако, в настоящее время нет никакого основания для каких-либо спекуляций по этому поводу, так как для осуществления подобных планов необходимо вначале стабилизировать национальную ситуацию в стране и избавиться от российских военных баз. Федеральная администрация полностью осознает этот факт и держит Грузию в напряжении. В случае, если Россия в конце концов выведет свои войска из страны – скорее всего это все же произойдет под давлением США – и тем самым изолирует в отношении коммуникации свои подразделения, находящиеся в Армении, которые, таким образом, окажутся в окружении, то это дорого обойдется Грузии. В полном соответствии с российскими интересами она должна будет пойти на ряд компромисов касательно борьбы против чеченских боевиков, которые пользуются грузинской территорией. Далее Грузия, вероятно, должна будет отказаться от Абхазии, а может быть и от Южной Осетии, которая будет присоединена к Северной Осетии, входящей в состав Российской Федерации. Москва может далее потребовать определенную долю от транзита нефти через территорию Грузии. Экономические рычаги, которыми располагает Грузия на сегодняшний день, весьма существенны, несмотря на помощь, предоставляемую грузинскому государству ММФ, США, ЕС и Турцией.
     Решение данной ситуации сейчас находится в руках двух сильных президентов с недавними мандатами избирателей, поэтому определенный оптимизм касательно серьезных поворотов в переговорах вполне уместен.

Использованная литература и интернет-сайты:

Huntington,S.: Stret civilizaci. Praha 2001, Rybka Publishers.
Vykoukal, J. – Litera, B. – Teichman, M.: Vychod. Vznik, vyvoj a rozpad sovetskeho bloku 1944 – 1989. Praha 2000, Libri.
Svankmajer, M. a kol.: Dejiny Ruska. Praha 1995, NLN.
http://abhazia.vov.ru/portal/articles.php?lng=ru&pg=21.
http://www.abkhazia.org/events.html
Souleimanov,E.: Strucna historie rusko – gruzinskych vztahu. In: http://euroasia.euweb.cz.
http://www.cdi.org.
http://www.parliament.ge.
Blagov, S.: Military issues block Russia-Georgia detente. In: http://www.eurasianet.org.
Curtis, G.: Involvement of Russian Organized
Crime Syndicates, Criminal Elements in the Russian Military and Regional Terrorist
Groups in Narcotics Trafficking in Central Asia, Caucasus and Chechnya. 2002.
In: http://www.loc.gov.


1 Curtis, J.,3 -6.
2 Путь через территорию тесного союзника России – Армению – пока мало вероятен, так как отношения Армении с Азербайджаном и Турцией крайне накалены. В случае, если бы такой путь в регионе существовал, он был бы не только наиболее эффективным, но и самым дешевым, однако, под вопросом все еще остается проблематика Нагорного Карабаха, а надежда на скорейшее ее решение практически нулевая.
Print version
EMAIL
previous БЕЛОРУСЫ И РУССКИЕ: ПРОСТРАНСТВО И ИДЕНТИЧНОСТЬ |
Юрий Шевцов
ПОЧЕМУ ТЕРПИТ НЕУДАЧУ РОССИЙСКО-БЕЛОРУССКИЙ СОЮЗ? |
Юрий Шевцов
next
ARCHIVE
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.