ISSUE 2-2013
INTERVIEW
STUDIES
Раду Врабие Tomasz Stępniewski Peter Plenta
RUSSIA AND ITS HISTORIOGRAPHY
Ярослав Шимов Любовь Сидорова
OUR ANALYSES
Игорь Тышкевич
REVIEW
Тарас Шульга
APROPOS
Рафик Исмаилов Владимир Воронов


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
INTERVIEW
НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ: „У НАС ИСТОРИЯ, ПО ТРАДИЦИИ, МИФОЛОГИЧНА“
ISSUE 2, 2013

Советская, а также впоследствии российская историография прошли различные и очень разные стадии развития. Общепринятые и прославленные герои становились  презренными,  предатели  нации получали  признание и наоборот. Большинство этих изменений не случайны. Каждый импульс, в основном, полученный сверху, имел свою цель. Новая интерпретация советской истории была одним из важнейших элементов, поддерживающих общественные изменения во время перестройки. Ельцинский период пошел еще дальше, и камня на камне не осталось, но история тогда не играла столь важную роль, как  в России сегодня. Похоже, что путинское понимание истории должно стать поддержкой его стилю государственного управления.

Некоторые из таких тенденций стали предметом интервью с Николаем Сванидзе, известным российским историком и журналистом, приложившим много усилий, чтобы показать взлеты и падения русской историографии. Это нашло наиболее сильное выражение в его телевизионной  программе Суд времени, где обсуждались противоположные точки зрения на различные события в истории России. Его другая программа Исторические хроники была поучительным примером, как обращаться с историей для широкой аудитории.

Когда наблюдаешь за дискуссиями в российской историографии, складывается впечатление, что, возможно, гражданская война после Октябрьской революции не  закончилась, и в наше  время она  продолжается в среде историков,  политологов и  политиков. «Красные»  сражаются с «белыми» в яростных  боях. Ваша программа  Суд времени, где Леонид Млечин и Сергей Кургинян горячо обсуждают российскую историю, была очень наглядным примером этого. В чем причины столь большого интереса к истории, очень часто сопровождающегося ревизионистскими тенденциями, в первую очередь со стороны «красных»?

Интерес к истории в России обусловлен рядом причин. Во-первых, это просто интересно. История, как известно, представляет собой разветвленный детективный сюжет, причем, заглянуть в конец книжки в поисках ответа на главные вопросы невозможно. Поэтому, если люди хотят развлечений, а они их хотят, они интересуются историей. Кроме того, у нас история, по традиции, мифологична, и это предоставляет огромный простор для всевозможных приятных, либо щекочущих нервы фантазий.

Во-вторых, всеобщий интерес к истории выгоден российской власти. Она черпает в прошлом частично реальные, частично воображаемые обоснования для своих действий, а прежде всего для имперских представлений о том, как должна выглядеть наша страна в мире, и как должна выглядеть верховная власть в нашей стране.  Из истории можно выуживать нескончаемую колоду сильных, жестких властителей, приписывать им благие намерения и вполне благополучные для страны и народa результаты их деятельности.

Наконец, в-третьих, история выгодна тем, что она отвлекает людей от современных реалий, от конкретных проблем, и, тем самым, канализирует их эмоции во вполне безопасное для государственной власти русло.

По всем этим причинам интерес к истории в России в последнее время велик, но, к сожалению, этот интерес не имеет интеллектуальной, научной основы. 

Да, мы наблюдаем  очевидные попытки включить историю в политическую игру в современной России. Иногда президент Путин выглядит как основной историк страны, дающий указания, как интерпретировать события и личности русской истории. Его, часто "оригинальные", оценки, в первую очередь, истории России 20-го века, в дальнейшем берутся на вооружение некоторыми российскими историками, и результат бывает „довольно“ странным. Почему Путин нуждается в реабилитации сталинского периода и даже в  новой интерпретации такой ужасной личности, как Иван Грозный?

Интерпретировать по-новому Ивана Грозного нет никакой необходимости. В российской историографии всегда существовали две тенденции в комментарии периода Ивана Грозного и личности царя. Согласно одной тенденции, царь Иван IV преподносился, как объединитель русских земель, твердый и жесткий, но в целом прогрессивный и патриотично настроенный государственный лидер. Согласно другой тенденции – это был не вполне психически адекватный человек, склонный к садизму и разоривший свою страну. Сегодня, в принципе, Иван Грозный, сам по себе, мало кого интересует. 

Однако существует интересная традиция, согласно которой трактовка исторической роли Ивана Грозного экстраполируется на трактовку роли Иосифа Сталина.  Собственно, пошла эта традиция от самого Сталина, который считал грозного царя своим историческим учителем. Поэтому сегодня, оправдывая Сталина, власти оправдывают и Ивана Грозного. Что же касается отношения к Сталину, то есть две причины нынешнего, в целом позитивного отношения к нему со стороны власти.

Первая – Сталин ассоциируется с победой во Второй Мировой войне  у значительной части населения. А победа – единственное, несомненно позитивное событие и предмет государственной гордости нашей страны в 20 веке.  Поэтому в поисках моральной лигитимизации своей власти, обращаясь к историческому наследию, Путин неизбежно приходит к войне и, соответственно, к Сталину.

И вторая причина. Сталин, опять таки в глазах миллионов людей – символ империи и имперской мощи, грозной, страшной, но величественной. А это именно то отношение смеси гордости, страха и почтения, которое Путин хотел бы внушить своим согражданам. Коротко говоря, посягательство на Сталина – есть посягательство на имперское величие России – такую мысль внушает власть населению.  При этом лично Сталин никакого интереса и симпатии у власти не вызывает. Он выступает исключительно, как имперский символ.

В ревизионистских интерпретациях русской истории очень заметен акцент взгляда на мир глазами Москвы: то  хорошо, что хорошо для Российской империи. Царь или правитель, расширивший территорию России, хороший, не сделавший этого - плохой. Ничего удивительного, такое встречается в историографии многих государств, но там мы видим также обычно  критическую интерпретацию событий, когда расширение империи означало трагедию для пострадавших государств или наций. Этот аспект в российских ревизионистских концепциях мы не находим. Если российские власти хотят иметь единый учебник истории, как он будет восприниматься народами Кавказа, или татарами, живущими сейчас в  Российской федерации?

Дело в том, что сама идея единого учебника истории была высказана Владимиром Путиным на заседании Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям. То есть, в основе этой идеи лежало как раз стремление Путина унифицировать исторические трактовки для всех регионов страны. Условно говоря, чтобы не было расхождений по разным историческим периодам и событиям между Москвой и Тверью, Москвой и Новгородом, Москвой и Казанью, Москвой и Грозным.

Другой вопрос, насколько это возможно. Немедленно выяснилось, что достижение подобной унификации требует от государства определенных идеологических «жертв», то есть требуется отказаться от догмата правоты и непогрешимости центральной государственной власти во все исторические периоды и во всех исторических реперных точках. А поскольку государство к этому не готово, не готово «поступиться принципами», то идея единого учебника естественным образом зависает. Скорее всего, если он и появится, то вряд ли дотянет до той роли сталинского « Краткого курса истории ВКПб», то есть единственного и непогрешимого исторического пособия, которая ему была уготована Путиным.

Возвращаясь к вашей программе Суд времени, я должен признать, что почти после каждого опроса телезрителей я оказывался со своим мнением на стороне меньшинства. Я не думаю, что Иван Грозный был великий царь, большевики спасли Россию, оккупация Прибалтики была победой СССР, ни в коем случае я не думаю, что Саддам Хусейн был жертвой американской агрессии. Иногда у меня такое ощущение, будто гласности и ельцинского периода не существовало. В чем причина, что существенная часть россиян сохранила мнение, которое мы могли бы расценивать, как  давно изжитое?

Здесь есть два момента, которые не нужно путать между собой. Первый состоит в том, что телевизионное голосование не имеет ровно никакой социологической ценности. Это чисто технический прием, который рассчитан на повышение рейтинга программы. Он может в какой-то мере отражать позицию телезрителей, но в очень относительной степени, а может и не отражать ее вовсе.

По тем темам, которые Вы упоминаете, результаты социологического опроса были бы иными.  Хотя, конечно, в том, что касается войны в Ираке, Ваша позиция была бы в очевидно и вполне ничтожном меньшинстве. Что касается второго момента. Он, действительно, важен. Настрой россиян, разумеется, не столь мракобесен, как это можно было бы заключить, посмотрев наши передачи с Кургиняном, однако очень сильно отличается от позиции среднего западного человека. Мало того, и здесь Вы во многом правы, отличается и от настроя российского общества периода Горбачева - раннего Ельцина. Дело в том, что очень многие иллюзии того времени оказались разрушены грубой исторической реальностью. Многие россияне, также как, кстати, идеологи реформ, полагали, что достаточно разрушить однопартийную систему, поставить страну на рельсы рыночной экономики, и наш уровень жизни поднимется до европейского. Это оказалось не так, и к этому разочарованию подавляющее большинство оказалось психологически не готово. Кроме того, сыграли роль и обстоятельства субъективного, но важного порядка. А именно: в 90-е годы ельцинские реформаторы не уделяли ровно никакого внимания фактору пропаганды, полагая, что экономика сама по себе достаточный пропагандист. А при Путине, наоборот, очень массированно и эффективно силами всех государственных и  аффилированных с ними СМИ, а они составляют львиную долю всех СМИ в стране, ведется пропаганда того, как было плохо в 90-е и как хорошо, гордо и величественно было при СССР. Причины подобной позиции сегодняшних властей довольно многочисленны, я назову две из них.

Первая - желание отвести, канализировать угрозу социального недовольства в сторону Ельцина, Горбачева и 90-х годов. Вторая - желание в исторической мифологии советского периода найти себе серьезные политические подпорки, оправдывающие авторитарную власть и антизападный международный вектор. Все это вместе - и социально-экономические проблемы, и безальтернативная пропаганда, несомненно, дают определенный эффект.

Я рад, что ситуация не настолько „мракобесна“, как можно было бы предположить, посмотрев Ваш Суд времени  или анализируя результаты опросов общественного мнения, где заметно стремление определенной части россиян к правлению сильной руки. Кстати, откуда возникло мнение, что верховенство железного кулака - подходящий способ  управления  Россией?      

Разумеется, тяга к сильной руке в России присутствует. Связано это с рядом факторов: ментальная традиция, связанная с долгими годами крепостничества, а потом Советской власти, укоренившаяся за столетия идея о том, что огромное государство можно удержать только жесткой центральной силой, наконец, многовековые пропагандистские усилия - царские, коммунистические и нынешние. В России жесткая рука приравнивается к государственной силе. Кроме того, и это очень важно, оборотная сторона мечты о сильной руке - подспудное, а то и осознанное желание значительной части людей уйти от личной ответственности, от необходимости самому принимать решения важные как для страны, так и для своей семьи.

В конце позвольте мне задать вам немного спекулятивный вопрос. Мы все знаем известную фразу, что в России прошлое непредсказуемое, Вы даже начинали Вашу программу, используя ее. Как Вы думаете, хранится до сих пор в российских архивах материалы, способные подкрепить эту фразу? Возможно ли, что мы будем вынуждены существенно переписать некую часть российской истории?

Что касается этого известного и очень точного афоризма о непредсказуемости прошлого в России, то он базируется вовсе не на том, что когда-то что-то новое обнаружится в архивах, а на том, что государственная власть в своем стремлении использовать историю в собственных политических интересах готова интерпретировать ее и представлять населению как угодно. Не заботясь ни о морали, ни о соответствии реальности. Думаю, что в архивах содержится много интересного, но вряд ли способного совершить революцию в наших исторических познаниях.

Print version
EMAIL
previous ИВАН ГРОЗНЫЙ: КАК РЕАБИЛИТИРОВАТЬ ТИРАНА? |
Владимир Воронов
АНДРЕЙ ДЕЩИЦА: ВАЖНО, ЧТО ПРОБЛЕМЫ ОБСУЖДАЮТСЯ ЗА СТОЛОМ ПЕРЕГОВОРОВ |
next
ARCHIVE
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.