ISSUE 2-2016
INTERVIEW
STUDIES
Роман Темников Cristina Juan Carrion
RUSSIA AND SLOVAKIA
Михаил Ведерников Jakub Csabay
OUR ANALYSES
Тенгиз Аблотия
REVIEW
Мария Русакова
APROPOS
Владимир Воронов


Disclaimer: The views and opinions expressed in the articles and/or discussions are those of the respective authors and do not necessarily reflect the official views or positions of the publisher.

TOPlist
OUR ANALYSES
ГРУЗИЯ И ВЫБОРЫ - 2016
By Тенгиз Аблотия | журналист, Грузия | Issue 2, 2016

6 октября в Грузии состоятся очередные парламентские выборы, подготовка к которым идет полным ходом. Как известно, предыдущие выборы состоялись в 2012 году и завершились поражением правящего «Единого национального движения», возглавляемого тогдашним президентом Михаилом Саакашвили.

ЕНД сопротивлялось, как могло, применяло различные методы запугивания соперников, однако, будучи очень зависимым от мнения западных союзников, не смогло пересечь красную черту – начать масштабные аресты лидеров оппозиции, закрывать телеканалы и в целом по-настоящему закручивать гайки. Поэтому выборы пришлось проводить относительно честно и демократически, в итоге коалиция, возглавляемая миллиардером Бидзиной Иванишвили, одержала уверенную победу.

Тогда это было воспринято как торжество демократии, тем более, что причины для такого восприятия очевидны - это был первый случай демократической смены власти  путем выборов в Грузии – без военного переворота или мирной революции.

И хотя в данном случае, когда говорят про первый случай, надо иметь в виду, что речь идет не о столетиях, а о 25 годах после развала СССР, тем не менее, мировое сообщество приняло этот факт с большим энтузиазмом. Команда Саакашвили, которая совершила этот маленький подвиг – ушла из власти, не попытавшись настоять на своем – благодаря этому заслужила уважение со стороны международного сообщества и прощение за разного рода грехи, которые накопились за  очень сложные, переломные 9 лет их правления.

Однако реалисты призывали не спешить, напоминая, что демократические институты можно считать устоявшимися только после того, как власть сменится повторно  - после того, как в оппозицию уйдет сегодняшний победитель. Судя по всему, этот постулат был хорошо усвоен политическими силами, которые намерены дать бой правящей «Грузинской мечте», растерявшей значительную часть своего рейтинга.

Специфика

Выборы – вещь сугубо индивидуальная, штучная, и они никогда не похожи друг на друга – разумеется, если речь идет о выборах, а не о профанации. Однако, нынешние выборы очень сильно отличаются от прошлых – отличаются в большей степени, чем к этому привыкли в Грузии.

В 2012 году политический ландшафт был биполярным  - на одной стороне правящее «Национальное движение», на второй  - коалиция, «Грузинская мечта». Коалиция крайне разношерстная, набранная по принципу «Каждой твари по паре», по принципу «кто громче всех кричал по телевизору», но объединенная авторитетом и безграничными возможностями миллиардера Бидзины Иванишвили.Посередине ничего не осталось. Весь политический спектр сжался до уровня двух полюсов.

Нынешние выборы  - полная противоположность тому, что мы видели в 2012 году. Безусловных лидеров избирательной гонки нет, «Грузинская мечта» всех опережает, на втором месте идет «Национальное движение», а за ними – целый эскорт самых различных партий  - от прозападных до пророссийских, от старых, существуюших 30 лет, до новых, созданных неделю назад.

Лидерство «ГМ» и «ЕНД» - относительное. По результатам опросов общественного мнения, рейтинг «Грузинской мечты» составляет 15%, немного меньше  «Национального движения»  -13%. Все остальные голоса либо разбросаны по остальным партиям, либо пребывают в замешательстве и не знают за кого голосовать. Опросы показывают, что резерв  для увеличения  числа сторонников какой-либо из партий все еще существует – около 38% опрошенных заявили, что еще не решили за кого голосовать. 

Теоретически эти бесхозные голоса вполне может подобрать одна из многих недавно созданных партий, однако, скорее всего,  этого не произойдет – значительная часть электората пребывает в состоянии полной политической апатии, не верит никому, ругает всех и считает, что все политики обещают райские кущи перед выборами, но придя к власти заботятся только о своем благосостоянии.

По мнению большинства аналитиков, маловероятно, чтоб кто-то мог забрать себе эти голоса, более вероятно, что неопределившаяся часть электората вообще не пойдет на выборы, и тем самым явка будет предельно низкой. Отсутствие сколь-нибудь убедительного лидера делает сомнительной дееспособность будущего парламента. Судя по нынешним  результатам опросов, там будет слишком много партий, каждая из которых будет защищать свои персональные интересы.

Сейчас в Грузии говорят о возможности создания коалиционного правительства, так как решающего большинства ни у кого не будет. Эксперты оценивают это как положительное явления для развития демократических институтов. Однако далеко не все в Грузии настроены столь благодушно  - создание коалиций на основе нескольких разрозненных партий  - сложное дело даже в гораздо более развитых, чем Грузия странах. В Польше это несколько раз привело к досрочным выборам парламента, ну а нестабильность и хаотичность политической жизни в Италии уже давно стала предметом для легенд – уже никто не может подсчитать сколько раз там разваливались коалиции, после чего назначались повторные выборы.

Но Италия – страна, входящая в большую семерку, она может себе такое позволить... Что будет с Грузией в условиях  неуправляемого парламента, где 5-6 партий дерутся между собой по любому поводу – никто не знает...

В этом отличие нынешних выборов от прежних: беспрецедентно большое количество претендентов и неопределенность в том, что касается результатов голосования.

Традиции партийного строительства

Для того, чтоб понять общую ситуацию на политическом олимпе Грузии, следует знать как он устроен.

После развала СССР страна с энтузиазмом принялась за строительство многопартийного общества с акцентом на много. При этом  следует забыть все, что вы знаете о политических партиях в развитых странах  - изначально в Грузии принцип формирования партий строится совсем на другой основе.

До недавнего времени не имели значение ни политические взгляды, ни принципы – их просто не было.  Один и тот же человек мог  - да и сейчас может -  поменять 5 партий за несколько лет, хотя при это совершенно непонятно  - кому и зачем он такой перевертыш нужен, и зачем его берут из одной партии в другую?

Сегодня на политической сцене Грузии можно увидеть десятки деятелей, которые сменили несколько партий, но неизменно оставались на плаву – при этом совершенно не представляя из себя никакой ценности. Остается только предположить, что те, кто их берет в партии – еще хуже них.

Что касается грузинских партий, не следует смотреть, что сказано в их названиях – это совершенно ничего не значит. Левые, правые, центристы – это все преимущественно слова. Сегодня правый, завтра, если понадобится, левый, потом – опять правый. Названия подбираются не  по принципу идеологического соответствия, а по принципу это название еще свободно.

В одной из юмористических программ в далеком 2002 году один, ныне ушедший в бизнес политик, руководитель уже несуществующей Социалистической партии Вахтанг Рчеулишвили  на вопрос  Почему вы назвали свою партию социалистической? честно и цинично ответил: Других названий не осталось, вот и назвал социалистической. Ответ был воспринят с юмором, но это тот случай, когда в шутке – только доля шутки, остальное истина.

Впрочем, с тех пор прошло много лет, и партийное строительство уже не сталкивается с подобной проблемой – большой опыт и фантазия делают свое дело – названия партий уже подбираются по принципу чем более звучно, тем лучше. Дело доходит до курьезов – одних только демократических партий – с десяток – «Демократический выбор», «национал-демократы», «Свободные демократы», «европейские демократы», и т.д. Пожалуй, единственное, в чем грузинские партии отличаются друг от друга – это внешнеполитическая ориентация.

Спорный вопрос, насколько искренне пророссийская, или напротив, прозападная, та или иная партия, однако на уровне общественных дискуссий этот вопрос более или менее учитывается  - как правило  прозападные партии не сотрудничают с пророссийскими.

Чаще всего, в грузинской политике партии-лидеры носят сезонный характер – побыв у власти, они ее теряют, а потом навсегда исчезают . Первый пример того, что после поражения   партия власти может сохраниться, подало опять же «Национальное движение».  После выборов все ожидали, что оно развалится, а актив разбежится кто куда, однако вышло совсем иначе – ЕНД в целом сохранило единство, и даже претендует на то, чтоб, как минимум, быть главной оппозиционной партией, как максимум – победить в выборах.

В целом, расклад сил на политической сцене Грузии можно представить в виде  4-х групп – правящая «Грузинская мечта», главная – на данный момент – оппозиционная партия «Национальное движение», непарламентская прозападная оппозиция, непарламентская пророссийская оппозиция.

“Грузинская мечта»

В 2012 году победа «Грузинской мечты» была неожиданностью и настоящим триумфом. «Неожиданностью» - потому, что ей противостояло правящее «Национальное движение», партия с очень высоким уровнем порядка, дисциплины и централизации, партия, которая осуществила грандиозные чистки в государственном аппарате, выиграла жесточайшую войну с организованной преступностью,  прошла российско-грузинскую войну, в общем, как раз то, о чем говорят «прошла сквозь воду, огонь, и медные трубы».

«Нацдвижение» было партией, которая не стеснялась и не боялась жестких силовых решений. У нее были уже и соответствующие навыки, и необходимые для этого рычаги – высоко дисциплинированная полиция  и очень мотивированные спецслужбы. Предвыборная кампания 2012 года отличалась исключительно высоким уровнем конфронтационности,  и в какой-то момент стало казаться, что поствыборная дестабилизация – неизбежна.

Однако все прошло на удивление тихо и мирно. «Национальное движение» не стало пытаться написать нужный ему итог выборов, и через день после начала подсчета голосов президент Грузии Михаил Саакашвили заявил о том, что ЕНД переходит в оппозицию.

Это стало возможным благодаря высокому авторитету и неограниченным финансовым возможностям главы коалиции – самого богатого из грузин, миллиардера Бидзины Иванишвили. Он традиционно пользовался большим авторитетом в обществе благодаря своей благотворительной деятельности. При этом он был полностью закрыт для СМИ – до его появления в политике подавляющее большинство населения страны даже не знало, как он выглядит.

До появления миллиардера в политике  в оппозиционном лагере преобладала полнейшая апатия – большинство партий, претендовавших на смену власти, насмерть перегрызлись друг с другом, потеряли остатки рейтинга и тем самым фактически оставили оппозиционно настроенную часть электората бесхозной.vОппозиционные настроения никуда не делись, но конвертировать их было не во что.

Появление Бидзины Иванишвили в грузинской политике сняло эту проблему  - у оппозиционно настроенной части населения появился смысл жизни. Под  крыло коалиции пошли все, кто так или иначе был против «Национального движения»  - западники, совки, религиозные фанатики, просто люмпен-пролетариат, надеявшийся, что миллиардер поделится с ними своими несметными богатствами.

Предвыборная кампания прошла на ура  - митинги «Грузинской мечты» собирали  десятки тысяч сторонников, а обещания бесплатного сыра без мышеловки лились, как из рога изобилия. В конечном итоге, именно эти запредельные ожидания сыграли для «ГМ» самую негативную роль. Они очень хорошо работали в процессе предвыборной кампании, но после прихода к власти выяснилось, что реализация их обещаний преимущественно невозможна.

Конечно, все это можно было бы сделать на личные деньги Бидзины Иванишвили, но это привело бы к его полному обнищанию, а эффект был бы кратковременный – даже всех денег Бидзины не хватило бы больше чем на год-два.

В итоге большинство обещаний остались невыполненными, или выполненными частично, недостаточно для того, чтоб общество почувствовало бенефиты на себе – к примеру, пенсия выросла со 120 до 160 лари – хотя перед выборами мечтатели клятвенно обещали, что пенсия составит более 220 лари.

Тарифы на электроэнергию, как и обещали, были снижены, но только формально  - для тех, кто и так почти не пользуется электричеством – для категории, потребляющей менее 300 квт.ч в месяц. Для всех, кто хотя бы иногда включает компьютер и ряд небольших бытовых приборов, снижение прошло незамеченным.

Иванишвили также выполнил свое обещание и выделил на содействие сельскому хозяйству около 250 млн. долларов собственных средств, однако без системных изменений в аграрной сфере эти деньги оказались выброшенными на ветер. Грузия все еще импортирует около 70% продовольствия, а доля сельского хозяйства в ВВП осталась, как и была, в пределах 10%.

Не сумела власть выполнить и другое громкое обещание – открыть 100 новых предприятий. Вернее, выполнила, но как и в  других случаях – формально. Выяснилось, что под предприятиями «Грузинская мечта» имела ввиду совсем  не заводы и фабрики, как думал избиратель, а фермы из 5 коров, которым подарили 6-ю и 7-ю.

И так – почти во всем.  Из реальных достижений «Мечты» – программа всеобщего страхования, больший уровень свободы слова, меньший уровень давления на судебную систему и более аккуратная полиция. Оборотная сторона демократизации – хоть и небольшой, но рост криминала, активизация разного рода ксенофобских сил во главе с Грузинской православной церковью,  невероятная активизация пророссийской пропагандыи общий хаос, который стал более ярко выраженным на фоне более жестких времен «Национального движения».

К этому также добавилось неформальное управление страной, которое вызывает массу недовольств как в Грузии, так и за ее пределами  - фактически страной управляет Бидзина Иванишвили, который не занимает никакой пост в стране, но при этом в курсе всех дел и время от времени выступает с заявлениями государственной важности.

В числе слабых мест «Грузинской мечты»  - внешняя политика, которая отличается невнятностью и слабостью. ГМ в целом остается прозападной партией, но при этом придерживается слишком уж капитулянтской политики в отношении России.

Сегодня у мечтателей в ходу принцип не злить медведя, однако он не дает никаких особых дивидендов. Открытие российского рынка так и не стало, да и не могло стать, мотором экономики, а в самых болезненных для Грузии вопросах – территориальной целостности, позиция России не только не смягчилась, но и стала куда более жесткой и бескомпромиссной.

Падение рейтинга коалиции началось еще два года назад и достигло пика во время девальвации  национальной валюты, когда курс лари в отношении доллара упал почти на 40%, вызвав стремительное снижение уровня жизни в стране, сидящей на импорте.

Логическим завершением коалиции стал ее распад на различные политические партии – от либеральных республиканцев и демократов, до черносотенных, советско-православных «Промышленников» и  прочих более мелких образований.

На сегодняшний день «Грузинская мечта» идет на выборы в статусе партии, без коалиционных партнеров, с обновленным составом, в котором преобладают молодые и малоизвестные широкой публике деятели – преимущественно прозападной ориентации, тем самым давая понять, что наличие большого количества ватников в коалиции было делом случая – когда шла тотальная мобилизация против прошлой власти. Сейчас такой мобилизации нет, и «Мечта» не нуждается в поддержке пророссийских политиков.

Тем не менее, несмотря на это, расчет у «Мечты» один – они надеются, что Иванишвили поможет им победить в выборах. Он уже ведет активную предвыборную кампанию вместо всей партии, встречается с прессой и избирателями, которым рассказывает о том, как хороша нынешняя власть и почему нельзя допустить возвращения националов к управлению страной.

Однако следует принимать во внимание, что на улице 2016 год, а не 2012-й.  Большая часть населения уже не слишком беспокоится по поводу прихода к власти националов, так как уже прошло четыре года – многое из того, в чем обвиняли прошлую власть, оказалось пропагандой, многие из ее реальных преступлений уже перестали быть актуальными, Саакашвили погряз в украинской политике, а «Национальное движение» из всемогущей партии власти превратилось в крепкую, оппозиционную партию, имеющую свой электорат, но никак не претендующую на получение всей власти.

Кроме того, и сам Иванишвили уже растерял значительную часть авторитета, показав себя как слабый менеджер, не имеющий никакого особого стратегического видения и прорывных идей. Именно с этим связано падение рейтинга «Мечты» с 75% до критических 15% - хотя, как и было сказано, сама эта цифра не может быть принята как окончательная, так как около 40% избирателей либо не определились, за кого будут голосовать, либо отказались назвать партию при опросе.

«Национальное движение»

После поражения в выборах в 2012 году почти все были уверены, что с «Национальным движением» произойдет то же, что и с другими грузинскими партиями власти, оставшимися не у дел – она развалится, а ее члены либо уйдут из политики либо разбредутся по другим партиям.

Однако несмотря на такие ожидания, «ЕНД» не только не развалилось, но и выжило. Оно сумело пройти через очень серьезный кризис, когда в 2012-2013 годах быть сторонником националов считалось чуть ли не позорным, каждый лидер партии ждал ареста, а многие из них подвергались нападениям на улице.

Все это уже давно в прошлом.  Рейтинг националов с того времени не вырос, однако агрессия в отношении них уступила место безразличию.  Сегодня мало кого волнуют разговоры о пытках в тюрьмах, об отъеме бизнеса в период «ЕНД», о массовой прослушке, и т.д. Отношение к националам по сути не стало лучше, но теперь оно не имеет ярко выраженной эмоциональной окраски. Сегодня уже мало кого беспокоит, сможет ли нынешняя власть поймать Саакашвили, как долго будут сидеть в тюрьме экс-министр внутренних дел и мэр Тбилиси. Сейчас всех беспокоят куда более насущные вопросы...

Секрет неизменного, хоть и невысокого, но своего, и стабильного рейтинга националов состоит в том, что это партия со своей идентичностью. Почти по любому вопросу всегда можно предсказать,  какой будет их позиция. Их не характеризуют метания из стороны в сторону, они четко доносят до своих избирателей все свои сигналы.

Кроме того, они, как правило, делают акцент на тех своих чертах, которые являются редкостью в грузинской политике – дисциплина, организованность, наличие идейных активистов, которых нельзя купить и очень сложно запугать   - конечно, если иметь в виду запугивание принятыми в Грузии формами, без излишеств, без избиений и пистолета у виска,  более аккуратно и менее болезненно.

Избиратель «ЕНД»  - это как правило стойкий сторонник прозападной ориентации, любитель порядка, в каком- то смысле демократ, но считающий модернизацию важнее демократии,  не терпящий никаких проявлений пророссийской направленности, в экономике -  сторонник либертарианской модели. Поскольку речь идет о твердых убеждениях, время и обстоятельства на них не действуют – если кто-то был сторонником националов в 2013-м году, то с большой долей вероятности, он останется им и впредь.

В ходе всех последних выборов «ЕНД» получало свои стабильные 20-25%. На данном этапе, в условиях развала «Мечты» и хаоса в политической жизни Грузии, нет никаких оснований полагать, что вдруг сейчас их рейтинг пойдет вниз – тем более, что этого не произошло даже в период, когда быть националом было стыдно.

С другой стороны, и в «Национальном движении» в настоящее время тоже не все в порядке – партия переживает внутренние разногласия. И хотя до уровня развала коалиции «Грузинской мечты» дело еще не дошло и вряд ли дойдет, но для партии, находящейся в оппозиции,  любые внутренние дрязги – это помеха на пути к власти.

В первую очередь, разногласия связаны персонально с фигурой Михеила Саакашвили. Не отрицая его вклада в создание партии и реформирование Грузии, тем не менее, часть лидеров и активистов «ЕНД» считают, что организации уже пора переходить в самостоятельное плавание. Конечно, не может быть и речи об отмежевании от экс-президента, однако эта группа считает, что пришло время для Саакашвили дистанцироваться от грузинской политики и предоставить управление партией ее нынешним лидерам.

Вторая группа считает, что вся сила «ЕНД» – персонально в фигуре Михеила Саакашвили, и без него никакого «Нацдвижения», по крайней мере в ближайшее время, не существует.

В целом оба этих направления мирно сосуществуют, так как между ними нет принципиальных разногласий, и в оценке персоны Саакашвили различия состоят только в видении его роли на будущее – при этом даже сторонники самостоятельного пути развития не отрицают авторитета Саакашвили и его почетной роли в партии.

Однако несмотря на мирное их сосуществование, от «ЕНД» откололась группа лидеров, трое из которых были довольно влиятельными, а один из трех  - депутат парламента Зураб Джапаридзе – даже был генеральным секретарем «ЕНД». Позднее из «Нацдвижения» вышел еще один из ее лидеров, очень популярный и очень перспективный, в прошлом заместитель министра юстиции Грузии Георгий Вашадзе – это действительно очень большая потеря для «ЕНД» – впрочем,  в данном случае проблемой было то, что руководство партии не захотело дать ему место в первой десятке в партийном списке «Нацдвижения» – ссылаясь на то, что в десятке будут новые лица, которые напрямую не ассоциируются с прошлой властью.

Однако в десятке, где не оказалось места для популярного Георгия Вашадзе, появились имена двух гораздо менее популярных лидеров «ЕНД», которые, к тому же, в гораздо большей степени ассоциировались с прошлой властью.

Так или иначе, «Нацдвижение» подошло к выборам 2016 года несколько ослабленным, однако со своим верным избирателем, который всегда его поддерживал.

Генеральной линией «ЕНД» все еще остается ориентация на персону Михаила Саакашвили, который, хоть и занимает пост губернатора Одесской области, но успевает принимать активное участие в деятельности своей партии – в частности, он активно участвовал в составлении партийного списка «Нацдвижения».

Прозападный лагерь

Как и было сказано, основным различием партий на грузинском политическом рынке является внешнеполитическая ориентация – они в основном делятся на прозападные и пророссийские. После выборов 2012 года политический спектр был биполярным – на одном полюсе было «Национальное движение», на втором   - коалиция «Грузинская мечта» и входящие в нее партии всех цветов и всех видов.

Позднее, в 2014 году, коалицию покинула твердо прозападная партия «Свободные демократы», уход которой был вполне продуманным и рациональным шагом. Уже в то время было очевидно, что «ГМ» стремительно теряет авторитет, и самая главная борьба в 2016 году развернется как раз за того избирателя, который разочаруется в «Мечте».

Расчет «Свободных демократов» был вполне понятен – подобрать голоса той части прозападного электората, который не будет голосовать за «Мечту», но в то же время, ни за что на свете не отдаст свой голос за националов. Расчет оказался вполне рациональным  - всего через месяц после выхода из коалиции опросы показали от 5% до 8% процентов рейтинга свободных демократов. Конечно, этого недостаточно для прихода к власти,  да и никто среди «Свободных демократов» об этом не думает – однако этого вполне достаточно для того, чтоб попасть в парламент, создать там самостоятельную фракцию и войти с коалицию с кем они сами сочтут нужным.

В первое время многие думали, что «СД» - это типичная партия –спойлер, созданная «Грузинской мечтой» для того, чтоб отобрать голоса прозападных избирателей у националов, однако агрессивная риторика с обеих сторон достигла такого уровня, который никогда не бывает у спойлеров  - дело дошло до персональных оскорблений, после чего стало очевидно  - Свободные демократы ушли в оппозицию по- серьезному – спойлеры так себя не ведут. Затем долгое  время было затишье, которое прервалось активным партийным строительством в мае 2016 года, за 7 месяцев до парламентских выборов.

Прозападный лагерь сразу вырос на несколько партий   - к националам и свободным демократам добавилась самая  прозападная из частей расколовшейся «Грузинской мечты»  - «Республиканская партия», которая заявила о том, что будет идти на выборы самостоятельно. Этому  предшествовала многомесячная публичная перепалка между республиканцами и пророссийскими деятелями в коалиции, которые перешли в открытую атаку против грузинских евроатлантистов,  называя их врагами Грузии, противниками православия, агентами Запада, и т.д.

В мае стало очевидно, что реально никакой коалиции не существует, и каждой из партий, номинально входящих в ее состав, следует самой позаботиться о себе. После этого партия «Грузинская мечта» заявила о том, что в ходе выборов не будет никакой коалиции, и она пойдет под этим названием на выборы самостоятельно.

После этого распад коалиции был объявлен состоявшимся, и входящие в нее партии продолжают находиться в составе парламентского большинства только до выборов  - после них – каждый сам по себе.

В настоящее время Республиканская партия занимает половинчатую позицию. Она как бы в оппозиции, но при этом не в оппозиции. В оппозиции потому, что будет на выборах бороться против «Грузинской мечты» за власть. Не в оппозиции потому, что продолжает работать в режиме парламентского большинства, а ее лидеры продолжают занимать очень высокие посты в государстве – спикер парламента, министр обороны, министр по реинтеграции, министр охраны окружающей среды.

Пока трудно сказать, насколько пригодится в избирательной перспективе такое сидение на двух стульях, тем более, что собственный рейтинг республиканцев всегда был невысоким – в первую очередь, из-за некоторой высокомерности их лидеров, которые любят слишком много говорить о своей образованности,  и отсутствия уважения к грузинскому традиционализму.

Так или иначе, даже в партиях прозападной ориентации республиканцы не являются фаворитами.

Совершенно неожиданно лагерь западников пополнился довольно влиятельной фигурой – свою партию «Государство для народа» создал очень популярный в Грузии оперный певец мирового уровня Паата Бурчуладзе. Ранее не проявлявший никакого интереса к политике, полгода назад он вдруг создал общественное движение с явно политическим привкусом, после чего было очевидно, что он готовится сделать первый шаг на политической арене.

Его шансы в Грузии оцениваются как довольно высокие. Паата Бурчуладзе имеет очень хорошую репутацию, он известен проведением благотворительных концертов, он отличается очень умеренной риторикой, не ругает последними словами политических противников, в свое время сотрудничал со всем властями Грузии, при этом не будучи прислугой ни одной из них – по этому поводу он как-то ответил, что сотрудничал не с властью или с президентом, а с грузинским государством, которое остается после ухода любого президента.

Этот имидж может сработать – в Грузии традиционно в политике присутствует чрезвычайно конфронтационная тональность. Политический противник – это не просто кто-то, кого надо победить в выборах, а настоящий кровный враг, которого надо стереть в порошок и выпустить в стратосферу. На этом фоне спокойный и неагрессивный стиль поведения оперного певца вполне может сработать.

На этом расширение прозападного крыла грузинской политики не закончилось – к ним также прибавились две партии, созданные лидерами «ЕНД» после ухода из партии.

Разумеется, такое разнообразие  в  одном сегменте вряд ли упростит задачу как избирателям, так и избираемым.  На данном этапе сложно о чем-либо судить, так как последние социологические исследования, проведенные в Грузии, касались ситуации в апреле – тогда Паата Бурчуладзе еще не был в политике, тогда «Грузинская мечта» еще более или менее держалась в едином формате, а прозападный лагерь быль на несколько партий меньше.

Очевидно, что все эти партии будут отбирать электорат друг у друга. Вероятно, позиции «Нацдвижения» не изменятся, и их избиратель останется верен им, стало быть остальные партии будут бороться за не очень большой сегмент  - за прозападного избирателя, не желающего голосовать ни за «Мечту», ни за «Нацдвижение» – того самого избирателя, на которого всего пару месяцев назад претендовали только свободные демократы.

Пророссийский лагерь

Благодаря политике заигрывания с Москвой, а также назло Михаилу Саакашвили, который в свое время с пророссийскими партиями боролся без устали, правительство Бидзины Иванишвили, а потом и его преемников, создало идеальные условия для невиданной доселе активизации пророссийских сил.

Пользуясь тем, что у нынешней власти приоритеты совсем не те, что у прошлой, пророссийское движение в Грузии стало открытым, в какой-то мере агрессивным и предельно активным. В Тбилиси происходят вещи, которые даже при Шеварднадзе показались бы немыслимыми – конференции с участием откровенно антигрузинских деятелей из России, акции перед российским посольством под лозунгом Крым – это Россия,  у пророссийских сил есть своя телекомпания Объектив, на их стороне – самые популярные желто-коричневые газеты.

За спиной пророссийской оппозиции стоит такая мощная и влиятельная в Грузии сила, как Православная церковь. Она является проводницей российских интересов, так как считает Москву, а не Константинополь центром православного мира. Грузинские священники не скрывают своей ксенофобии, ненависти к религиозным, национальным, и сексуальным (в особенности) меньшинствам.

Родство ГПЦ и РПЦ  - не является организационным. Оно  - идейное, основанное на том, что большинство священников ГПЦ старшего  поколения, имеющего влияние на молодежь, получили религиозное образование в России  - включая Патриарха Илью Второго. Достаточно послушать, что говорят российские попы и что говорят грузинские  - между ними нет никакой разницы. И вот эта организация фактически благославляет пророссийские грузинские партии, считая их истинными грузинами и истинными верующими.

Всего несколько лет назад казалось немыслимым, чтоб партии, ориентированные на Москву, не только принимали бы участие в выборах, но и получали бы вполне приличные проценты – около 15%. Пророссийская пропаганда работает невероятно активно, и вопреки распространенному мнению, в ее основе – вовсе не российские телеканалы – ОРТ, РТР или НТВ, хотя и они – тоже. На сегодняшний день главное орудие пророссийской пропаганды – это популярные грузинские газеты, которые с Россией никак не связаны, и существуют уже давно, еще  с тех пор, когда в Кремле сидел Борис Ельцин.

При этом они не считают себя пророссийскими, и часто, с сугубо теоретической точки зрения, все выглядит именно таким образом  - в этих СМИ редко можно прочитать открытые призывы к вступлению в Евразийский союз или к смене прозападной ориентации на пророссийскую. На первый взгляд, это СМИ сугубо шовинистические и ксенофобские, вне зависимости от национальности и веросповедания. По сути, все они работают в режиме активной антизападной пропаганды, лишь иногда, в очень ограниченных масштабах позволяя себе прокремлевскую риторику.

К примеру, они не скажут, что Крым – это Россия, но скажут, что Запад спровоцировал Украину на конфликт с Россией, что стало причиной потери территории. Они никогда не скажут, что российская армия правильно делает,  воюя в Украине, но скажут, что с украинской стороны воюют фашисты и бандиты.

Иначе говоря, оружие этих СМИ – главным образом, ксенофобия и антизападные настроения, пропаганда православной исключительности и ненависти к католикам и протестантам.

Все это никак не может не быть частью российской стратегии, так как отказавшись от союзничества с Западом, Грузии придется идти в унисон с Россией. Никакого третьего пути, никакого нейтралитета в наших условиях быть не может. Примерно также обстоят дела и с пророссийскими партиями. Ни одна их них никогда не признает, что является пророссийской.

Они даже придумали для себя красивую отговорку: Мы не прозападные, мы не пророссийские, мы  - прогрузинские, имея в видузащиту национальной идентичности.

При этом во внимание не принимается обстоятельство, что та самая идентичность, которую они защищают, на самом деле никакая не грузинская, а советская. Что такое настоящая грузинская идентичность  - уже не помнит никто. В настоящее время под идентичностью имеется в виду лениво-развязно-коррупционно-воровской образ жизни времен позднего совка.

При этом также не принимается во внимание, что «внешнеполитическая ориентация» - она только снаружи внешнеполитическая, на самом же деле она предусматривает ориентацию на  строительство государственных институтов западного типа   - то есть то, что совершенно невозможно в условиях действия в стране российских правил игры.

Таким образом, изоляционистская, антизападная, нацеленная на разжигание в Грузии этнической и религиозной розни  политика  – на поверку является вовсе не «прогрузинской», а именно пророссийской.

Первые пророссийские партии в Грузии появились еще в 2009 году – тогда одним из пионеров на этом направлении стал  экс-премьер Зураб Ногайдели, который,  к великому возмущению его бывших соратников из правящего «Нацдвижения», всего через несколько месяцев после российско-грузинской войны отправился в Москву, где его демонстративно открыто принял Владимир Путин. Впрочем, особых успехов ему достичь на этом поприще не удалось – в первую очередь, благодаря полному отсутствию харизмы  или каких-либо личных качеств, необходимых  любому политику – даже самому продажному.

Затем на это поле ступила и экс-спикер парламента Нино Бурджанадзе, которая через несколько месяцев после отставки, вызванной разногласиями с руководством ЕНД по поводу партийных списков, также поехала в Москву, где также демонстративно и открыто встретилась с Путиным. Однако первых успехов на выборах ей удалось добиться уже после смены власти – при «Грузинской мечте» она получила примерно по 10-15% в трех выборах – президентских, парламентских, и муниципальных.

Нино Бурджанадзе  - типичный из т.н. прогрузинских политиков, которые открыто не признают свою пророссийскую направленность, заявляя, что они защищают интересы Грузии и лишь хотят налаживания отношений с Россией, при этом считая, что не надо раздражать Путина проевропейской политикой, тем более, что от этой политики никакой пользы нет, и никто нас ни в НАТО, ни  в ЕС никогда не примет.

Соответственно, ее вполне приличный результат на выборах впервые показал, что в стране есть пророссийски настроенный электорат, и на этом поле можно работать.

После этого появилась еще одна, тщательно замаскированная пророссийская партия  - «Альянс патриотов». В ней почти ничего не выдает пророссийскую партию, ее лидеры никогда не выступают с пророссийскими лозунгами и делают акцент, в основном, опять же на грузинскую идентичность и православие.

В связи с этим следует отметить, что в Грузии национализм, как правило, является твердо пророссийским.  Эта необычная тенденция связана с тем, что традиционно-православно-советские грузины не видят себя в западной системе координат. Там, где никого не интересуют тосты, патриотические лозунги, вечный плач о великом прошлом и акцент на своих великих предках– патриоты, как правило, совершенно неконкурентоспособны. Они абсолютно недееспособны и инфантильны, им нельзя поручить ни одно ответственное дело, они выброшены за борт даже в собственной стране – их почти нет в бизнесе, в госструктурах, везде, где нужны какие-то конкретные навыки.

Если традиционно-православный грузин разбогател, то значит кто-то ему в этом очень помог, в остальных случаях большинство из них либо безработные, либо занимаются нехитрой торговлей, попутно проигрывая заработанные деньги в тотализаторах или онлайн казино. Понятно, что Запад для них, с их ментальной отсталостью, – враг номер один. А вот Россия, любящая болтливых и бесполезных  традиционных грузин – друг номер один.

Именно с этим связано такое необычное сочетание – национализм и пророссийскость. Полное отсутствие какого-либо государственного мышления – вот главная черта традиционных грузин.

Именно на эту категорию и работает «Альянс патриотов», который постоянно пугает население турецким нашествием, армянским нашествием, правительством, которое борется с грузинским менталитетом по заданию Запада, и т.д.

Вслед за этим на пророссийском рынке начался тот же процесс, что и на прозападном: прокремлевские партии начали множиться. С сейчас только из недр правящей «Грузинской мечты» вышли две твердо пророссийские партии, а еще несколько появились буквально в течение мая-июня.

Словом, за голоса традиционалистов и ватников борьба пойдет не менее жесткая, чем за симпатии евроатлантистов – даже больше, так как рынок ваты в Грузии если не меньше по численности, то совершенно точно менее активен.

Шансы

На сегодняшний день очень трудно определить, у кого какие шансы на предстоящих выборах. Социология не дает более или менее четкого ответа – во-первых, потому, что опросам традиционно не доверяют, во-вторых, в их результатах слишком высок процент воздержавшихся, в-третьих, – пока все опросы проводились в апреле, то есть за месяц до распада коалиции и активизации партийного строительства.

Шансы на победу у «Грузинской мечты» - несмотря на падение рейтинга – все же есть. В первую очередь, потому, что многие грузинские избиратели голосуют по инерции. Во-вторых, они смогут использовать административный ресурс, которой в нашей реальности может без лишних сложностей обеспечить правящей партии 10-15% голосов. В третьих, правящая партия очень рассчитывает на мажоритарные округа, по которым избирается половина состава парламента. Власть имеет естественное преимущество в этой системе – против одного кандидата от «ГМ» будут выставлено 4-5 кандидатов от оппозиции, соответственно, их голоса будут разобщены.

Именно поэтому правящая партия категорически отказывается от упразднения мажоритарной системы, которая дает справедливую картину только в 2-3-партийной системе – во всех других случаях  она является кладовкой голосов для партии власти. И это при том, что в 2012 году, во время предвыборной кампании, «Грузинская мечта» клятвенно обещала упразднить эту, вполне законную и легитимную, но при этом глубоко несправедливую систему.

Таким образом, велика вероятность того, что «Мечта» все-таки победит, однако о серьезной и разгромной победе можно и не грезить. Преимущество мечтателей будет минимальным, и им постоянно придется договариваться с другими партиями или идти на создание коалиции.

«Единое национальное движение» очень уверенно прогнозирует свою победу в предстоящих выборах, имея в активе такой козырь как репутацию энергичной, дееспособной и эффективной партии.

Однако это лишь часть имиджа, благодаря которой ЕНД имеет свою стойкую группу избирателей, которая на трех прошедших при «Мечте» выборах обеспечила «Нацдвижению» 20-25% голосов. Есть и другая, куда менее приятная часть деятельности «ЕНД», и именно она мешает этой партии увеличить свой показатель. Не добавили националам популярности и внутренние дрязги, которые привели к созданию еще двух прозападных партий.

Поэтому, скорее всего, «Нацдвижение» сумеет сохранить свой статус главной оппозиционной партии и получить 20-25% голосов – на данном этапе ни на что больше «ЕНД», вероятно претендовать не сможет.

Впрочем, сторонники евроинтеграции на этих выборах представлены более чем достаточно – скорее, было бы неплохо, если б их было немного меньше.

У кого какие шансы  - пока сказать трудно, так как за прошедшие два месяца на прозападной арене появилось несколько новых игроков. Если до недавнего времени помимо националов на этом поле играли только «Свободные демократы», то за два прошедших месяца появились и другие партии – две организации, отколовшиеся от «Нацдвижения», республиканская партия, вышедшая из «Грузинской мечты», и совсем новое объединение «Государство для народа».

На последнем стоит остановиться поподробнее, так как эта организация имеет большие шансы если не на победу в выборах, то на получение немалого процента голосов  -  главным образом, благодаря оперному певцу Паате Бурчуладзе, которого в Грузии уважают за мировую известность и за мягкую риторику – в отличие от остальных грузинских политиков, он даже в отношении политических противников высказывается спокойно и корректно – большая редкость на грузинском политическом рынке, где преобладает язык ненависти.

На данном этапе никаких более или менее объективных данных об электоральных возможностях партии нет, так как последний опрос общественного мнения был проведен до того, как Паата Бурчуладзе официально пришел в политику. Однако его популярность несомненна, соответственно -  шансы на то, чтоб его организация получила солидное представительство в парламенте – далеко не теоретические.

Ну и в конце пару слов о пророссийском лагере и его шансах. Если смотреть на этот вопрос с точки зрения чистой математики, то шансы у этого лагеря – значительно больше, чем 15%, которые, как правило, получают его представители.

Больше  - потому, что количество пророссийски настроенных грузин превышает15% - в основном, это касается людей в возрасте, сельских жителей, разного рода люмпенов, бездельников и халявщиков.

Математика показывает, что раз их больше, чем 15%, то и получить в парламенте они должны больше 15%. Однако выборы – это не только математика, и сухие цифры решают не все.  У пророссийских партий проблема не в количестве избирателей, а как уже было сказано выше – в качестве. Люмпен-пролетариат не может быть хорошим союзником или электоральной опорой. Да, их легко одурачить, ими невероятно легко манипулировать, так как они не мыслят своей головой и готовы клюнуть на любую пропаганду.

Но у них есть оборотная сторона. Главная черта их характера – это безответственность. Во всем, всегда и везде. Ну, а каким получается безответственный избиратель – всем известно. Пользы от него – как с козла молока.

Именно поэтому пророссийский лагерь в ходе предстоящих выборов получит свои традиционные 10-15%, которые, к тому же, придется делить между несколькими партиями – что в итоге приведет к тому, что показатели каждой из них ухудшатся.

Резюме

В целом можно сказать, что парламент, избранный в 2016 году будет крайне эклектичный, наличие большинства будет постоянной проблемой, тому, кто получит больше всего голосов,придется торговаться с более мелкими партиями, создавать коалиции, в которые опять будут входить представители полярно противоположных лагерей,  которых будут объединять сугубо тактические цели – вероятно этой целью снова будет противостояние с «Национальным движением».

В этой ситуации работоспособность парламента может оказаться под вопросом - из-за отсутствия твердого большинства принимать конкретные решения будет с каждым месяцем все сложнее и сложнее.

Если в парламенте не будет четкого большинства, под вопросом окажется управляемость страны – там, где много разных грузинских политиков в одном месте, как правило делом не занимается никто, и все спорят со всеми и обо всем.

Впрочем, есть возможность, что «Грузинская мечта» все-таки возьмет минимальное большинство, сможет договориться со своими бывшими соратниками (Свободными демократами) или пророссийскими партиями, которые также ненавидят националов, и какое-то, более или менее работоспособное, большинство все же появится.

Print version
EMAIL
previous SLOVAK FOREIGN POLICY AND RUSSIA: THE ART OF KEEPING THE BALANCE |
Jakub Csabay
ЖУРНАЛ «СОВРЕМЕННАЯ ЕВРОПА», №6-2015 |
Мария Русакова
next
ARCHIVE
2017  1 2 3 4
2016  1 2 3 4
2015  1 2 3 4
2014  1 2 3 4
2013  1 2 3 4
2012  1 2 3 4
2011  1 2 3 4
2010  1 2 3 4
2009  1 2 3 4
2008  1 2 3 4
2007  1 2 3 4
2006  1 2 3 4
2005  1 2 3 4
2004  1 2 3 4
2003  1 2 3 4
2002  1 2 3 4
2001  1 2 3 4

SEARCH
NEWSLETTER

mail
www.jota.cz
www.telekritika.ua www.amo.cz
RSS
  © 2008-2017
Russkii Vopros
Created by b23
Valid XHTML 1.0 Transitional
Valid CSS 3.0
MORE Russkii Vopros

About us
For authors
UPDATES

Sign up to stay informed.Get on the mailing list.